Russian Empire in the first academic «History of Crimea»
Table of contents
Share
QR
Metrics
Russian Empire in the first academic «History of Crimea»
Annotation
PII
S086956870005868-5-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Vladimir Kalinovsky 
Occupation: Professor
Affiliation: Saint-Petersburg State University
Address: Russian Federation, Saint-Petersburg
Edition
Pages
208-211
Abstract

            

Received
05.08.2019
Date of publication
05.08.2019
Number of purchasers
69
Views
2241
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article and additional services
Whole issue and additional services
All issues and additional services for 2019
1

Период крымской истории с 1783 по 1920 г., несмотря на кажущуюся близость к нашим дням, относится к числу наименее изученных этапов прошлого полуострова. Это можно объяснить двумя причинами. Во-первых, время пребывания Крыма в составе Российской империи лишь в последние десятилетия получило достойное и объективное освещение. В советскую эпоху по идеологическим причинам было невозможнымо упоминуть в положительном ключе о деятельности династии Романовых и многих меценатов из числа дворян, о службе крымских конно-татарских полков в 1812 г. и многих других сюжетах. Даже такое, на первый взгляд, исследованное событие, как Крымская война, в научной литературе описывалось не без стереотипов и умолчаний. Во-вторых, события революции и Гражданской войны в Крыму долго преподносились только со стороны «красных», что также не способствовало объективности. Бурные и насыщенные событиями 1917– 1920 гг. вписывались в рамки парадигмы, в которой поддержка сторонников большевиков на полуострове была всенародной, их успех – предопределённым, а штурм Перекопа подчёркивал стратегические таланты руководителей Красной армии.

2

Вне рамок этой концепции оставались сложнейшие военно-политические процессы того времени, последствием которых стала трагедия людей, не нашедших места в советских реалиях. На долгое время эти написанные кровью страницы оказались в буквальном смысле вычеркнуты из истории. По большому счёту, лишь со второй половины 1980-х гг. события полутора веков крымской истории начали освещаться более объективно. За истекшие с того времени 30 лет был создан значительный корпус исторических трудов по крымоведческой проблематике, однако единой обобщающей академической работы не имелось. Поэтому настоящим событием стало появление фундаментальной двухтомной «Истории Крыма», изданной под эгидой Российского исторического общества и Института российской истории РАН. В рецензируемом издании периоду с 1783 по 1920 г. посвящена бóльшая часть второго тома (с. 15–456).

3

Авторский коллектив монографии составили известные специалисты из Республики Крым, Москвы и Санкт-Петербурга. Им предстояло либо создать оригинальные тексты специально для этого издания с учётом выявленных архивных документов и появившихся в последнее время публикаций коллег, либо переработать уже напечатанное ранее.

4

Так, в параграфах написанных А.А. Н Íепомнящим, читатель найдёт прямые текстуальные параллели как с предыдущими работами профессора, так и с трудами жругих представителей возглавляемой им научной школы.

5

Контрастом на фоне этих разделов выглядят параграфы, созданные П.Н. Марциновским и раскрывающие сюжеты экономической истории Крыма в имперский период. Они опираются на большое количество материалов из фондов Государственного архива Республики Крым, вводимых автором в научный оборот. Необходимое обилие статистических данных вполне гармонично сочетается в них с точными и метафоричными образами, объясняющими создание и развитие одного из главных экспортных центров Российской империи.

6

Второй том начинается с глав о преобразовании Тавриды, ставшей «жемчужиной в короне Российской империи». В издании детально и с большим количеством новых важных нюансов разбираются обстоятельства освоения полуострова Россией. Справедливо отмечены персональные заслуги в этих процессах кн. Г.А. Потёмкина, чьи административные таланты позволили в кратчайшее время добиться ощутимых результатов в налаживании хозяйственной жизни полуострова. Многие отрасли, возникшие благодаря стараниям фаворита Екатерины Великой, продолжают оставаться значимыми в крымском производстве и сегодня. Ещё одним постоянным атрибутом и символом присутствия России в Крыму стал Севастополь как главная военно-морская база Черноморского флота. Строительство этого порта в уникальной бухте, организация жизни моряков и первые победы под руководством адмирала Ф.Ф. Ушакова нашли отражение в параграфах, написанных А.В. Беловым. Прекрасно освещён Н.Ю. Болотиной «Таврический вояж» – поездка Екатерины II в Крым в 1787 г., которая до сих пор многими считается одним из самых дорогих путешествий в истории. В данном параграфе не только по дням воссоздан маршрут императрицы, но и на развенчивается расхожая легенда о «потёмкинских деревнях». В целом следует признать, что академическая «История Крыма» успешно демонтирует ряд мифов, живущих преимущественно в научно-популярной и публицистической литературе, но время от времени использующихся и недобросовестными исследователями. Цифры и факты, приведённые в рецензируемом издании, говорят сами за себя – в развитии Таврической губ., в её политической, общественной и культурной жизни принимали участие представители всех народов полуострова, а существовавшие проблемы были характерны и для других губерний империи.

7

О дним из ключевых событий мировой истории XIX в. стала Крымская (Восточная) война 1853– 1856 гг., поэтому неудивительно, что ей посвящена отдельная обширная глава, написанная Л.В. Мельниковой. Исследовательница известна своей книгой о деятельности православного духовенства во время этого конфликта. Созданный ею для академической «Истории Крыма» текст – блестящий пример того, как в теме, которая на первый взгляд считается достаточно изученной, можно выявить новые грани и аспекты. Очерк Мельниковой базируется на классических трудах по истории войны, современных работах и документах выявленных в архивах самой исследовательницей. Благодаря этому удалось создать цельный и полный очерк Крымской кампании и обороны Севастополя. В главе последовательно изложены предпосылки и последствия войны за «ясли Господни», ход боевых действий, включая триумф в Синопской битве и основные сражения в Крыму, помощь русской армии со стороны сестёр Крестовоздвиженской общины и православного духовенства. Отдельно стоит отметить параграф о наиболее примечательных монументах, увековечивших события Крымской войны, один из которых – памятник затопленным кораблям – стал символом Севастополя.

8

Вызывает вопросы раздел, посвящённый национальным движениям и политическим партиям в Крыму в конце XIX – начале XX в. Одним из его авторов, наряду с Д.А. Прохоровым, значится Э.И. Сейдалиев – известный археолог, прекрасный специалист по золотоордынскому периоду истории полуострова, но весьма далёкий от проблематики политической жизни региона времён Первой российской революции. В результате появился довольно схематический очерк, в котором по воле авторов в подразделах неожиданно оказались объединены партии консервативного и либерально-демократического направления, что, по моему мнению, противоречит логике общественной жизни России того времени. С другой стороны, несомненным достоинством данного параграфа следует назвать рассмотрение деятельности национально-политических движений крымских татар, евреев, армян, крымчаков и караимов. К сожалению, в главе «Крым в конце XIX – начале XX в.» практически не нашлось места истории избирательных кампаний в Государственную думу четырёх созывов и деятельности депутатов от Таврической губ. в российском парламенте. Если конфигурация первых двух выборов частично освещена в очерке О.В. Волобуева, то последние два остались без должного анализа. Раскрытие этого сюжета позволило бы отразить и возможности влияния центральной власти на настроения населения, и взаимодействие этносов и сословий Крыма в легальной политической борьбе. Ведь немногие губернии в Российской империи были представлены в Думах всех четырёх созывов таким пёстрым составом: помимо великороссов и малороссов от региона избирались караим С.С. Крым, крымские татары А.М. Медиев и И. Муфти-заде, немцы Г.Г. Гальвас, В.Э. Фальц-Фейн и П.П. Шредер, армянин М.К. Мурзаев и швед В.К. Винберг.

9

Несомненным успехом рецензируемого издания следует назвать очерк А.С. Пученкова и, В.Г. Зарубина о Крыме в период революции и Гражданской войны. Авторский тандем использовал большое количество неизвестных архивных материалов из отечественных и зарубежных собраний, воспоминаний непосредственных участников событий и редких эмигрантских изданий. В результате получилась своеобразная краткая история «России в миниатюре», какой Крым стал в 1917–1920 гг. История полуострова в этот период – это варианты исторических путей России, сбывшихся и несбывшихся. Это и советская власть, которая несколько раз устанавливалась на полуострове, и режим военной диктатуры генерала М.А. Сулькевича, и либерально-демократическое правительство С.С. Крыма, и правление барона П.Н. Врангеля, попытавшегося объединить опыт «старой» и «новой» России. Раскрытие этого феномена – новаторская черта главы Пученкова и Зарубина. По большому счёту они впервые за долгое время взялись осмыслить не только военную, но и национальную, и этноконфессиональную политику Врангеля, а также реорганизацию им политики края. Благодаря этому авторам удалось внести важные уточнения и дополнения в существующие представления о специфике политической и культурной жизни Юга России в 1920 г.

10

Опыт врангелевского Крыма – это переломный момент российской истории, последняя страница деятельности Белого движения в европейской части России. Сохранение опыта дореволюционной России при попытке модернизации в условиях Гражданской войны, а также возрождение боеспособной армии во время общеполитического кризиса имеют принципиальное значение. Привлечение к работе в правительстве Юга России А.В. Кривошеина – это попытка в иных исторических условиях довести до конца столыпинскую аграрную реформу. В наши дни актуальным представляется опыт «государства-крепости», как позиционировал себя режим Врангеля.

11

К числу несомненных достоинств рецензируемого издания следует отнести полноту рассматриваемых сюжетов. Поскольку многие из них стало возможно объективно исследовать лишь в последние несколько десятилетий, то соответствующие параграфы «Истории Крыма» можно считать обобщающими работами, фиксирующими актуальное состояние изучаемых тем. Среди таких стóит в первую очередь выделить очерк Л.В. Мельниковой о Таврической губ. в эпоху наполеоновских войн и публикацию Е.В. Макаренко о Черноморском флоте в годы Первой мировой войны. Основанные на серьёзном источниковом фундаменте, они закрывают «белые пятна» в крымской истории, возвращая незаслуженно забытые имена подлинных героев Отечества.

12

Определённые недочёты, к сожалению, имеются в справочном аппарате издания. «Не повезло», в частности, крымско-татарским депутатам Государственной думы Российской империи. Так, в Указателе имён отдельно отмечены Медиев А., Медиев А.М. и Медиев Абдурешид, хотя речь идёт об одном и том же человеке. Равно как «Муфти-заде И.» и «Муфтий-заде И.» –два варианта фамилии видного крымского генерала, мецената и историка.

13

Благодаря появлению первой академической «Истории Крыма» можно говорить о сформировавшемся в современной российской гуманитарной науке крымоведении, которое развивается не только на полуострове, но и за его пределами.

Comments

No posts found

Write a review
Translate