Russian Statehood: Territory and Power in the 17th Century: Modern Historiographic and Source Studies
Table of contents
Share
Metrics
Russian Statehood: Territory and Power in the 17th Century: Modern Historiographic and Source Studies
Annotation
PII
S086956870008285-4-1
DOI
10.31857/S086956870008285-4
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Elena Kolesnikova 
Affiliation: Moscow Pedagogical State University
Address: Russian Federation, Moscow
Galina Talina
Affiliation: Moscow Pedagogical State University
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
192-200
Abstract

The article deals with modern source studies and historiographic aspects of ruling. Russia of the XVIIth century as a compound state. Russia is shown as a state changing due to annexation of new territories. The conclusion is based on putting new historical sources and facts into a scientific circulation and essential renewal of research approaches to the problem over the last two decades. The conclusion is supported by new investigations of historians in the fields of supreme power, central and local administration. The article describes principle changes in modern authors’ assessments of the trends of developing the local power bodies taking into account the regional specifics. The process of adaptation of the regions comprising the state to the all-Russian model of governing is the main problem. All of this allows us to look anew at the traditional assessments of main facts of developing Russian statehood. The conditions for generation of new evolution concepts of the system of state governing Russia of the XVIIth century are created.

Keywords
Russian state of the XVII century, newly annexed territories, supreme power, central administration, local administration and self-government, historiographic and source studies
Received
31.01.2020
Date of publication
26.02.2020
Number of characters
31071
Number of purchasers
20
Views
458
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article
100 RUB / 1.0 SU
Whole issue
880 RUB / 8.0 SU
All issues for 2020
4224 RUB / 84.0 SU
1 Россия XVII столетия – динамично развивающееся государство с постоянно расширяющейся территорией и поиском оптимальных средств и способов управления, ориентирующихся на российские традиции с учётом специфики новых регионов и управленческую логику, целесообразность. Влияние фактора расширения государственной территории на особенности складывания и развития российской системы управления представляется важным и актуальным аспектом изучения национального государственного строительства. С начала 1990-х гг. отмечается всплеск научного интереса к вопросам присоединения и интеграции отдельных территорий и национальных окраин в состав Русского государства1.
1. Александров В.А., Покровский Н.Н. Власть и общество. Сибирь в XVII в. Новосибирск, 1991; История казачества Азиатской России. Екатеринбург, 1995; Вершинин Е.В. Воеводское управление в Сибири (XVII век). Екатеринбург, 1998; Иванов В.Н. Вхождение Северо-Востока Азии в состав Русского государства. Новосибирск, 1999; Глазьев В.Н. Власть и общество на Юге России в XVII веке: противодействие уголовной преступности. Воронеж, 2001; Соколовский И.Р. Служилые иноземцы в Сибири XVII в. (Томск, Енисейск, Красноярск). Новосибирск, 2004; Зуев А.С. Присоединение Чукотки к России (вторая половина XVII–XVIII век). Новосибирск, 2009; Никитин Н.И. Русская колонизация с древнейших времен до начала ХХ века (исторический обзор). М., 2010; Мохов А.Е. Казачество и Российское государство. М., 2011; Российская империя от истоков до начала XIX века. Очерки социально-политической и экономической истории. М., 2011; Российское государство от истоков до XIX в.: территория и власть. М., 2012; Леонтьева Г.А. Служилые люди в Восточной Сибири во второй половине XVII – первой четверти XVIII вв. М., 2012; Багрин Е.А. История присоединения Прибайкалья, Забайкалья и Приамурья к России в 40–90-е гг. XVII в. Владивосток 2012; Космовская А.А. Воеводское управление в Пермском Прикамье в конце XVI – XVII вв. Дис. … канд. ист. наук. Пермь, 2015.
2 Интерес к управленческим особенностям новых территорий оказался сильнее стремления понять сущность административной модели России. Между тем за XVII в. властная вертикаль допетровской России была выстроена на всех уровнях. На высшем – царская власть, изначально тесно взаимодействовавшая с Земскими соборами и Боярской думой, постепенно превращалась во власть единоличного правителя, управлявшего страной при помощи Боярской и Ближней дум. На уровне центрального управления разрасталась приказная система, строго подчинённая царю и Думе. На местном уровне выстроилась система воеводского управления, апробировались принципы взаимодействия назначаемой и ранее существовавшей выборной управленческой компоненты. Государственный строй, приказное, воеводское, губное и земское управление, как правило, изучались самостоятельно, а на местном уровне – на примере конкретного региона в достаточно узких хронологических рамках.
3 Монархию первой половины XVII в. чаще всего рассматривают как сословно-представительную, а вторую половину века характеризуют как начало становления абсолютизма. Понятие «сословно-представительная» монархия было введено в научный оборот С.В. Юшковым2, рассматривавшим Земские соборы и Боярскую думу в качестве реальных ограничителей царской власти. Одновременно развивалась иная точка зрения, согласно которой монархия первой половины XVII в. была сословной, сословия не ограничивали царскую власть, а служили средством её усиления и централизации государства, Земские соборы не входили в систему государственного строя и собирались, когда это было нужно царю3. В дальнейшем во многом благодаря работам Л.В. Черепнина верхняя хронологическая граница сословно-представительной монархии в большинстве случаев тесно связывалась с окончанием функционирования полнокуриальных Земских соборов (1653)4. Вторая половина XVII в. трактовалось как время перерастания сословно-представительной монархии в абсолютную, а взаимодействие монаршей власти с выборными общественными представителями на центральном уровне – как совещания с сословными комиссиями. В последние десятилетия советского периода Россия стала рассматриваться как страна с длительной практикой сословного представительства, идеи которого восходят к концу XV в.5 Активная роль сословной системы была подмечена исследователями в процессе формирования Народных ополчений в Смуту и при выходе из неё – в формировании Земского собора 1613 г.6
2. Юшков С.В. К вопросу о политических формах сословно-представительной монархии в России // Советское государство и право. 1950. № 10. С. 47–49; Юшков С.В. История государства и права СССР. Ч. 1. М., 1960. С. 236.

3. Базилевич К.В. Опыт периодизации истории СССР феодального периода // Вопросы истории. 1949. № 11. С. 86; Гальперин Г.Б. К вопросу о форме правления Русского государства XV и первой половины XVI в. // Учёные записки ЛГУ. Сер. Юридические науки. 1958. Вып. 10.

4. Черепнин Л.В. Земские соборы Русского государства в XVI–XVII вв. М., 1978.

5. Золотухина Н.М. Концепция сословно-представительной монархии в русской средневековой политической мысли // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 1988. № 1. С. 47–56; Казакова Н.А. Максим Грек и идея сословно-представительной монархии // Общество и право феодальной России. М., 1975. С. 159–170; Панченко А.М., Успенский Б.А. Иван Грозный и Пётр Первый. Концепция первого монарха // ТОДРЛ. М., 1983. № 1. С. 63.

6. Кузьмин А.Г. Первые попытки ограничения самодержавия в России // Советское государство и право. 1980. № 7. С. 81–90; Волков В.А. Организация государственной власти в земских освободительных движениях Смутного времени // Советское государство и право. 1985. № 6. С. 125–132.
4 В начале 1990-х гг. появились суждения об отсутствии в России земских сословий и гражданства, о Земских соборах как информационных и декларативных совещаниях, выражавших интересы правительства7. В конце ХХ – начале XXI в. период сословного представительства стали называть земским государством – стадией, переходной от удельно-вотчинного к абсолютному государству8. Система сословного представительства рассматривается как двухуровневая. Высшее звено – Земские соборы, низшее – земские и губные учреждения. Сословно-представительная монархия обеспечивала относительно стабильное развитие государства, консенсус интересов власти и общества, предотвращала серьёзные социальные потрясения9. Вопрос о роли Земского собора всё более связывается с проблемой развития института выборности в избирательной культуре России. Система власти России основана на реализации принципов местного самоуправления, начиная с общины и заканчивая представительством Земских соборов в XVI–XVII вв., а сами Земские соборы – консолидация «лучших» людей, полноценно осуществлявших свои функции. Фактор сословности в формировании представительства Земских соборов уходит на второй план, предпочтение отдаётся служебно-административным и территориальным квалификациям10.
7. Торке Х.-Й. Так называемые соборы в России // Вопросы истории. 1991. № 1.

8. Ильин В.В., Ахиезер А.С. Российская государственность: истоки, традиции, перспективы. М., 1997; Морова О.В. Роль Земских соборов в управлении Московским государством при Михаиле Фёдоровиче. Дис. … канд. ист. наук. М., 2008.

9. Представительная власть в России: история и современность. М., 2004.

10. Белоновский А.В. Выборные начала и формирование представительства земских соборов XVI–XVII вв. Дис. … канд. ист. наук. М., 1999.
5 Первое десятилетие правления Михаила Романова трактуется как время торжества модели государства, в котором управляет страной не один государь, но и «вся земля», призванная укрепить своим авторитетом правительство. Затухание роли соборов связывают с укреплением самодержавия, урегулированием противоречий с соседними государствами, развитием воеводской системы управления11. Ответ на вопрос об уровне взаимодействия между властью и населением, о роли территориально-сословного представительства в Земских соборах могут дать материалы выборов делегатов, подписи на итоговых документах, в частности, на Утверждённой грамоте на царство Михаила Фёдоровича 1613 г. Взаимодействие правительства с различными категориями населения по самым разным вопросам общественной жизни характеризуют челобитные. Благодаря им голос служилых людей часто звучал на Земских соборах. Например, в 1613 г. была подана коллективная челобитная от пяти «городов». Всего выявлено более тысячи подобных документов12.
11. Соколова Э.В. Эволюция сословно-представительной власти в России с середины XVI до середины XVII вв. Дис. … канд. ист. наук. Иваново, 2007.

12. Лаптева Т.А. Провинциальное дворянство России в XVII в. М., 2010. С. 422–425.
6 Терминов, при помощи которых представители разных исторических школ пытаются характеризовать Российское государство второй половины XVII в., множество. Это и перерастание сословно-представительной монархии в абсолютную, и начало становления абсолютизма, и становление самодержавия. Марксистский концепт об абсолютизме как периоде равновесия политических сил дворянства и буржуазии при известной самостоятельности монаршей власти13 уже в 1960–1970-х гг. не удовлетворял ни отечественных, ни зарубежных историков. «Абсолютизм не означал конца аристократического правления, а защищал и укреплял социальное господство наследственного дворянского класса». Только после того как основы абсолютистского государства были заложены, начался подъём городской буржуазии, развивавшей доиндустриальную мануфактуру14.
13. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 17. М., 1960. С. 317–370; Т. 21. М., 1961. С. 28–178.

14. Андерсон П. Родословная абсолютистского государства. М., 2010.
7 В 1980-х гг. практически окончательно был развеян миф о «демократизации» Боярской думы – о возрастании в ней роли думного дворянства в противовес аристократии. Аристократы на протяжении всего XVII в. оставались у власти15. Возросло внимание к носителям монаршей власти. В конце ХХ – начале ХХI в. на основе обобщения известных и вновь обнаруженных источников появились работы, в целом позитивно оценивающие личность царя Алексея Михайловича и проводимые им реформы16. Оценки деятельности Фёдора Алексеевича по-прежнему расходятся17.
15. Кошелева O.E. Боярство в начальный период зарождения абсолютизма в России (1645–1682 гг.). Дис. … канд. ист. наук. М., 1987; Айрапетян И.Ю. Феодальная аристократия в период становления абсолютизма в России. Дис. … канд. ист. наук. М., 1988.

16. Сорокин Ю.А. Алексей Михайлович // Вопросы истории. 1992. № 4/5. С. 73–89; Преображенский А.А. Алексей Михайлович // Демидова Н.Ф., Морозова Л.Е., Преображенский А.А. Первые Романовы на Российском престоле. М., 1996; Андреев И. Нетихий Тишайший // Родина. 1998. № 9. С. 39–43; Талина Г.В. Царь Алексей Михайлович: личность, мыслитель, государственный деятель. М., 1996; Талина Г.В. Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержавие. М., 2005.

17. Демидова Н.Ф., Морозова JI.E., Преображенский A.A. Первые Романовы… С. 169, 182; Седов П.В. Строительство в Москве при царе Фёдоре Алексеевиче // Отечественная история. 1998. № 6; Седов П.В. Закат Московского царства. Царский двор конца XVII века. СПб., 2006; Богданов А.П. Царь Фёдор Алексеевич. 1676–1682. М., 1994; Делягин И.В. Высшая власть и управление в царствование Фёдора Алексеевича. Дис. … канд. ист. наук. М., 2004; Талина Г.В. Выбор пути: русское самодержавие второй половины XVII – первой четверти XVIII века. М., 2010.
8 Продолжается анализ эпохи сквозь призму интересов, особенностей, роли конкретных государственных деятелей – А.С. Матвеева, В.В. Голицына, Б.И. Морозова, Ю.А. Долгорукова18. Предприняты попытки определить понятие «элита» применительно к конкретным историческим условиям, рассматриваются состав, структура, численность, социальный облик элитарных групп, организация службы, роль элиты в политической борьбе19.
18. Рогожин Н.М. Артамон Сергеевич Матвеев // «Око всей великой России». Об истории русской дипломатической службы XVI–XVII веков. М., 1989. С. 146–179; Ткаченко A.B. Князь Василий Васильевич Голицын – государственный деятель России последней трети XVII века. Дис. … канд. ист. наук. М., 2002; Жарков В.П. Боярин Б.И. Морозов – государственный деятель России XVII века. Дис. … канд. ист. наук. М., 2001; Щербаков С.Н. Боярин князь Юрий Алексеевич Долгоруков – государственный деятель России XVII века. Дис. … канд. ист. наук. М., 2009; Бушкович П. Пётр Великий. Борьба за власть (1671–1725). СПб., 2008.

19. Правящая элита Русского государства XI – начала XVIII вв. СПб., 2006.
9 Особое место в изучении проблемы эволюции органов государственной власти занимают аспекты, связанные с чиновничеством и ролью бюрократии в становлении абсолютизма. Н.Ф. Демидова подробно исследовала структурное деление органов государственного управления, состав и социальное положение русского чиновничества, функционал различных должностных категорий, получаемое ими жалованье20. Ставятся вопросы, непосредственно связанные не только с функционалом, но и с личностями руководителей приказов, с их внутренним миром21. Приказная документация хранит информацию о взаимодействии приказов друг с другом, с царём, Боярской думой, местными воеводским аппаратом и выборными учреждениями, губными и земскими.
20. Демидова Н.Ф. Служилая бюрократия в России XVII в. и её роль в формировании абсолютизма. М., 1987; Демидова Н.Ф. Социальная структура приказной группы служилых людей XVII в. // Торговля, промышленность и город в России XVII – начала XIX в. Сборник статей. М., 1987.

21. Юркин Н.Г. Приказные управленцы XVI–XVII вв. Уровень образования и морально-нравственные черты. Дис. … канд. ист. наук. Иваново, 2002.
10 Особенности материалов государственного делопроизводства – «входящие, исходящие и внутренние документы приказа, от материалов собственно текущего делопроизводства (черновики и беловики памятей, грамот и списков, отписки, челобитные, выписки, справки, “письма”) до итоговых документов сводного характера (книги и списки разного содержания), столбцов»22 – отметил ещё И.Я. Гурлянд в 1902 г. Это отсутствие личной подписи под резолюциями должностных лиц, их экономность, краткость, минимальное отражение управленческого, распорядительного элемента23.
22. Новохатко О.В. Центральное государственное управление в России во второй половине XVII в. Дис. … д-ра ист. наук. М., 2008.

23. Гурлянд И.Я. Приказ великого государя Тайных дел. Ярославль, 1902.
11 Н.Н. Ардашев проанализировал указную книгу Поместного приказа, по которой ему удалось восстановить схему управления в приказе: «Дела решались в Поместном приказе дьяками “в разные руки”: в Поместном приказе господствовал принцип разделения труда между судьями»24. Работу с документами приказных учреждений продолжил А.В. Воробьёв. Он реконструировал делопроизводство Разбойного приказа с помощью системно-функционального анализа, т.е. сбора и осмысления сохранившихся актов как цельного корпуса, восстановления основной номенклатуры и документооборота этого центрального учреждения25. В.Н. Глазьев отметил, что «отсутствие архива Разбойного приказа могут также в некоторой степени восполнить фонды других центральных ведомств (прежде всего Разрядного приказа): памяти об организации губного дела на Юге России, присланные из Разбойного приказа, отписки воевод о взаимоотношениях с губными старостами, разделы из наказов воевод о губных делах, десятни»26. Просопографический метод при анализе института губных старост предложил С.Н. Богатырёв в работе, посвящённой интеграции отдельных территорий в единое Русское государство27.
24. Ардашев Н.Н. К вопросу о коллегиальности приказов // Труды VIII Археологического съезда. 1890. М., 1897. С. 269–273.

25. Воробьёв А.В. Делопроизводство Разбойного приказа как исторический источник по истории государственного управления в России XVI – первой половины XVII в. Дис. … канд. ист. наук. М., 2012.

26. Глазьев В.Н. Власть и общество на юге России в конце XVI – ХVII вв. Губные старосты и губное дело. Дис. … д-ра ист. наук. Воронеж, 2002. С. 29–30.

27. Bogatyrev S.N. Localism and Integration in Muscovy // Russia takes shape. Patterns of integration from the middle age to the present. Helsinki, 2004. P. 59–127.
12 В современной историографии сложилось представление о том, что государствообразующими учреждениями в России XVII в. являлись Разряд и Поместный приказ28. Наиболее изученным является Посольский приказ. На его примере изучены особенности делопроизводства, основные функции приказа, внутренний распорядок, служебные помещения и условия хранения дел, доходы и расходы, приказное хозяйство, внутриведомственный быт. Рассматривался штат приказа, различные категории служащих данного ведомства29. Учёные обращаются и к истории Монастырского приказа, реконструируется его штат30. Деятельность Монастырского приказа связывается с проведением налоговой и церковной реформ середины XVII в., с переходом от посошного к подворному налогообложению, желанием царя и правительства осуществить реформы на церковных землях31. Отдельный вопрос в историографии – деятельность территориальных приказов, в частности – Сибирского32.
28. Новохатко О.В. Формирование разрядных шатров в первом Чигиринском походе 1676/77 года // Российская история. 2008. № 2. С. 47–48.

29. Рогожин Н.М. Посольские книги России конца XV – начала XVII вв. М., 1994; Рогожин Н.М. Посольский приказ: колыбель российской дипломатии. М., 2003; Рогожин Н.М. «У государевых дел быть указано». М., 2002; Лисейцев Д.В. Посольский приказ в эпоху Смуты. М., 2003; Беляков А.В. Служащие Посольского приказа второй трети XVII века. Дис. … канд. ист. наук. М., 2001.

30. Маландин В.В. Церковь и государство в патриаршество Филарета. Дис. … канд. ист. наук. М., 1996.

31. Амосова И.В. Центральное государственное управление России во второй половине XVII – первой четверти XVIII века. Монастырский приказ. Дис. … канд. ист. наук. М., 2008.

32. Устюгов Н.В. Эволюция приказной системы Русского государства в XVII в. // Абсолютизм в России. XVII–ХVШ вв. М., 1964. С. 138; Шаходанова О.Ю. Центральные и местные органы управления Западной Сибирью в конце XVI – начале XVIII века. Дис. … канд. ист. наук. Тюмень, 2000.
13 Система местного управления рассматривается исследователями на примере различных регионов России. Связь центра с регионами, идею централизованного управления отразили, в частности, наказы, издаваемые приказами от имени царя и отсылаемые на места, для того чтобы местные власти (воеводы, губные старосты, городовые приказчики) в своей деятельности руководствовались положениями, прописанными в этих документах. Наказы обычно имели единый образец. Но надо чётко осознавать, что реалии, существовавшие в регионах, особенно в Сибири, часто входили в противоречие с представлениями правительства о том, как тот или иной процесс должен выглядеть. Часто действия воевод противоречили наказам. Следует отметить, что в XVII в. сохранялась летописная форма исторического повествования. В 1679–1680 гг. появился новый Устюжский летописец33. Есть предположение, что причиной его составления стало выделение из Ростовской епархии и образование самостоятельных Великоустюжской и Тотемской архиепископий. Аналогичные причины (образование в 1682 г. Холмогорской архиепископии) могли вызвать и подготовку Двинского летописца. В XVII в. летописная традиция продолжалась в значительно трансформированном виде. «Сходство с известиями посольских списков, разрядов, воеводских отписок, челобитных, – отличительные признаки стиля летописных компиляций второй половины XVII в.»34.
33. Устюжский летописный свод (Архангелогородский летописец). М.; Л., 1950.

34. Вовина-Лебедева В.Г. Новый летописец. История текста. СПб., 2004. С. 169; Свердлов М.Б. М.В. Ломоносов и становление исторической науки в России. СПб., 2011. С. 62
14 Особо стоит сказать о памятниках картографии, которая являлась как «инструментом, так и результатом формирования государства и национальной интеграции». Пространственные и территориальные факторы вносили вклад в формирование московской политической системы, поскольку «пространственное и территориальное мышление способствовало формированию гораздо более «интерактивного и всеобъемлющего государственного строя»35.
35. Кивельсон В. Картографии царства. Земля и её значения в России XVII века. М., 2012.
15 В вопросе о зарождении системы воеводского управления (появления института воевод-администраторов) исследователи делятся на два лагеря. Первые видят причину возникновения института в территориальном расширении государства и особых задачах правительственной политики на окраинах. Одним из первых опытов организации воеводского управления считают Казанский край (Среднее Поволжье), к началу XVII в. система распространилась по всей России36. Вторые справедливо задаются вопросом: почему воеводское управление распространилось не только на окраинах, но и на всей территории страны. Исследователи отмечают, что воеводство постепенно заменило упразднённый институт наместников-кормленщиков, а его развитие было обусловлено всем ходом социально-политического развития страны в конце XVI – начале XVII в.37 Исследователи прослеживают постепенное усиление воеводской власти при расширении функционала. Центральная власть стремилась к подчинению воевод, запрещая им вмешиваться в таможенные дела, проводила сыски по факту отсутствия своевременных отписок о состоянии дел. Контролирующая функция центра выражена недостаточно, однако её компенсирует деятельность мирского самоуправления. Особенностью Сибири, в частности, было сильное мирское самоуправление38.
36. Ермолаев И.П. Среднее Поволжье во второй половине XVI – XVII в. Казань, 1982.

37. Павлов А.П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове (1584–1605 гг.). СПб., 1992. С. 239–249; Вершинин Е.В. Воеводское управление в Сибири…

38. Шаходанова О.Ю. Центральные и местные органы управления…; Симачкова Н.Н. Становление воеводской системы управления в Сибири в конце XVI – начале XVII вв. Дис. … канд. ист. наук. Нижневартовск, 2002.
16 По-прежнему обсуждаются в историографии черты наместнического управления (кормленческие традиции) воеводства. В этой связи можно выделить несколько точек зрения: 1) Имели место не пережитки наместническо-кормленческой системы, а сеньоральная эксплуатация (частнохозяйственная эксплуатация черносошных крестьян и иных категорий населения), свойственная устоям феодализма в целом39. 2) Подношения XVII в. носили переходный характер от наместничьего кормления XV–XVI вв. к взяткам последующего времени, отражая переход управленческой модели от средневекового управления к бюрократическому40. 3) Содержание населением воевод XVII в. принципиально неотличимо от наместничьего кормления XIV–XVI вв., а утверждение о ликвидации системы кормления в середине XVI в. ошибочно41. 4) Обогащение воевод связано как с сохранением традиций кормления, так и со спекуляциями, взятками, проявлением насилия, а центральные органы не предпринимали кардинальных мер по пресечению кормленческой практики42. Институт воеводства в настоящих условиях рассматривается и как своего рода механизм постепенного включения в состав России вассально-зависимых территорий, таких как Касимовское ханство, формально просуществовавшее до 1681 г.43
39. Швейковская E.H. Государство и крестьяне России. Поморье в XVII веке. М., 1997.

40. Седов П.В. Подношения в системе воеводского управления Новгорода XVII в. // Новгородский исторический сборник. № 7(17). СПб., 1999. С. 130–163.

41. Енин Г.П. Воеводское кормление в России в XVII веке. Содержание населением уезда государственного органа власти. СПб., 2000.

42. Вершинин Е.В. Воеводское управление в Сибири…

43. Сафаргалиев Ю.В. Касимовское ханство в системе русской государственности. Дис. … канд. ист. наук. Саранск, 2011.
17 Исследование государственно-административного элемента в системе местного управления ставило перед историками задачу изучения не только института воеводства, но и местной приказной избы. Изучение документов воеводских канцелярий позволяет понять принципы взаимодействия местных органов управления внутри региона, а также отношения местных властей с центром, даёт возможность подробно исследовать преемственность традиций управления окраинными территориями в составе Российского государства, взаимодействие органов самоуправления («мира») и власти в системе государственного управления44. Вопрос о деятельности приказной избы современными историками всё чаще рассматривается с точки зрения способов материального обеспечения служащих45.
44. Герасимова И.В. Вильна под властью русского царя (1655–1661). Дис. … канд. ист. наук. СПб., 2012.

45. Швейковская Е.Н. Государство и крестьяне России…; Камараули Е.В. Южнорусская приказная изба как учреждение местного управления во второй половине XVII века. Дис. … канд. ист. наук. Воронеж, 2006.
18 Проблема функционирования в XVII в. органов местного самоуправления переплетается с проблемой эволюции государственного строя к абсолютизму. Современные исследователи доказывают, что самодержавно-абсолютистская форма правления не противоречит выборным представительным учреждениям. Само государство ставит «мирские учреждения» под контроль, настаивает на очередности выборов, борется с тенденциями многолетнего пребывания на должностях губных старост и целовальников одних и тех же людей, передачи выборных должностей по наследству46. Исследователи, обращающиеся к проблеме местного самоуправления, отмечают тенденцию оформления губной избы в структуру, всё более контролируемую Разбойным приказом и унифицируемую. На окраинах России губной староста в глазах правительства нередко выглядел предпочтительнее воеводы. Подотчетность губных старост и воевод разным центральным ведомствам (губных старост – Разбойному приказу, воевод – Разряду) ставит проблему взаимодействия этих ведомств47.
46. Колесникова Е.А. «Мирская служба» в системе государственного управления второй половины XVII в. // Судьба России в современной историографии. Сборник научных статей памяти доктора исторических наук, профессора А.Г. Кузьмина. М., 2006. С. 407–416.

47. Глазьев В.Н. Власть и общество на юге России…
19 Вопрос об оптимальности системы управления России XVII в. может быть рассмотрен с различных позиций, но одной из них всегда будет оставаться реакция населения, степень активности его воздействия на управленческие структуры. Во взаимоотношениях с властью «посадские люди юга России не были пассивными исполнителями и отстаивали свои интересы в коллективных челобитных», но при этом не являлись ведущей силой ни в выступлениях середины века, ни в восстании С. Разина. Интеграция юга в экономическое и административное пространство России, развитие здесь посадского самоуправления создавало основу для опоры власти на этот контингент. По мере увеличения численности посадских людей, их всё чаще привлекали к государственным службам, в частности к службам на таможенном и кружечном дворах48. Посадская община Шуи в XVII в. проанализирована в диссертационном исследовании Е.С. Бутрина, в котором также рассмотрены проблемы посадского самоуправления и его взаимодействия с воеводским аппаратом и губными учреждениями49. Составление челобитных было одной из важнейших сфер мирских сходов. Челобитные, касающиеся доверия или недоверия представителям местной администрации, согласовывались представителями разных социальных слоев города50. Коллективные челобитные позволяли правительству контролировать обстановку на местах, ограничивая власть аристократии и воевод.
48. Кондратьева С.К. Посадские люди юга России в XVII веке. Дис. … канд. ист. наук. Воронеж, 2012.

49. Бутрин Е.С. Посадская община г. Шуи в XVII в.: социально-политическая эволюция. Дис. ... канд. ист. наук. Иваново, 2016.

50. Лаптева Т.А. Провинциальное дворянство России… С. 451; Просеков Ю.И. Выборная документация и челобитья крестьянских общин Западной Сибири XVII в. как исторический источник // История русской духовной культуры в рукописном наследии XVI–XX вв. Новосибирск, 1998. С. 79–95.
20 Итак, за последние десятилетия произошло методологическое обновление исследовательских подходов, позволившее по-новому взглянуть на, казалось бы, уже устоявшиеся оценки основных факторов развития российской государственности. В научный оборот введён колоссальный фонд источников, получивший первичное осмысление в научной литературе. Одним из достижений современной историографии стало изучение особенностей становления местных органов власти с учётом региональной специфики. Создаются условия для обобщения новых данных как на уровне сравнительного анализа различных регионов, так и на уровне управленческой вертикали.

References

1. Bogatyrev S.N. Localism and Integration in Muscovy // Russia takes shape. Patterns of integration from the middle age to the present. Helsinki, 2004. P. 59–127.

2. Ajrapetyan I.Yu. Feodal'naya aristokratiya v period stanovleniya absolyutizma v Rossii. Dis. … kand. ist. nauk. M., 1988.

3. Aleksandrov V.A., Pokrovskij N.N. Vlast' i obschestvo. Sibir' v XVII v. Novosibirsk, 1991.

4. Amosova I.V. Tsentral'noe gosudarstvennoe upravlenie Rossii vo vtoroj polovine XVII – pervoj chetverti XVIII veka. Monastyrskij prikaz. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2008.

5. Anderson P. Rodoslovnaya absolyutistskogo gosudarstva. M., 2010.

6. Andreev I. Netikhij Tishajshij // Rodina. 1998. № 9. S. 39–43.

7. Ardashev N.N. K voprosu o kollegial'nosti prikazov // Trudy VIII Arkheologicheskogo s'ezda. 1890. M., 1897. S. 269–273.

8. Bagrin E.A. Istoriya prisoedineniya Pribajkal'ya, Zabajkal'ya i Priamur'ya k Rossii v 40–90-e gg. XVII v. Vladivostok 2012.

9. Bazilevich K.V. Opyt periodizatsii istorii SSSR feodal'nogo perioda // Voprosy istorii. 1949. № 11. S. 86.

10. Belonovskij A.V. Vybornye nachala i formirovanie predstavitel'stva zemskikh soborov XVI–XVII vv. Dis. … kand. ist. nauk. M., 1999.

11. Belyakov A.V. Sluzhaschie Posol'skogo prikaza vtoroj treti XVII veka. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2001.

12. Bogdanov A.P. Tsar' Fyodor Alekseevich. 1676–1682. M., 1994.

13. Butrin E.S. Posadskaya obschina g. Shui v XVII v.: sotsial'no-politicheskaya ehvolyutsiya. Dis. ... kand. ist. nauk. Ivanovo, 2016.

14. Bushkovich P. Pyotr Velikij. Bor'ba za vlast' (1671–1725). SPb., 2008.

15. Vershinin E.V. Voevodskoe upravlenie v Sibiri (XVII vek). Ekaterinburg, 1998.

16. Vovina-Lebedeva V.G. Novyj letopisets. Istoriya teksta. SPb., 2004. S. 169.

17. Volkov V.A. Organizatsiya gosudarstvennoj vlasti v zemskikh osvoboditel'nykh dvizheniyakh Smutnogo vremeni // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1985. № 6. S. 125–132.

18. Vorob'yov A.V. Deloproizvodstvo Razbojnogo prikaza kak istoricheskij istochnik po istorii gosudarstvennogo upravleniya v Rossii XVI – pervoj poloviny XVII v. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2012.

19. Gal'perin G.B. K voprosu o forme pravleniya Russkogo gosudarstva XV i pervoj poloviny XVI v. // Uchyonye zapiski LGU. Ser. Yuridicheskie nauki. 1958. Vyp. 10.

20. Gerasimova I.V. Vil'na pod vlast'yu russkogo tsarya (1655–1661). Dis. … kand. ist. nauk. SPb., 2012.

21. Glaz'ev V.N. Vlast' i obschestvo na Yuge Rossii v XVII veke: protivodejstvie ugolovnoj prestupnosti. Voronezh, 2001.

22. Glaz'ev V.N. Vlast' i obschestvo na yuge Rossii v kontse XVI – KhVII vv. Gubnye starosty i gubnoe delo. Dis. … d-ra ist. nauk. Voronezh, 2002. S. 29–30.

23. Gurlyand I.Ya. Prikaz velikogo gosudarya Tajnykh del. Yaroslavl', 1902.

24. Delyagin I.V. Vysshaya vlast' i upravlenie v tsarstvovanie Fyodora Alekseevicha. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2004.

25. Demidova N.F. Sluzhilaya byurokratiya v Rossii XVII v. i eyo rol' v formirovanii absolyutizma. M., 1987.

26. Demidova N.F. Sotsial'naya struktura prikaznoj gruppy sluzhilykh lyudej XVII v. // Torgovlya, promyshlennost' i gorod v Rossii XVII – nachala XIX v. Sbornik statej. M., 1987.

27. Demidova N.F., Morozova JI.E., Preobrazhenskij A.A. Pervye Romanovy… S. 169, 182.

28. Enin G.P. Voevodskoe kormlenie v Rossii v XVII veke. Soderzhanie naseleniem uezda gosudarstvennogo organa vlasti. SPb., 2000.

29. Ermolaev I.P. Srednee Povolzh'e vo vtoroj polovine XVI – XVII v. Kazan', 1982.

30. Zharkov V.P. Boyarin B.I. Morozov – gosudarstvennyj deyatel' Rossii XVII veka. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2001.

31. Zolotukhina N.M. Kontseptsiya soslovno-predstavitel'noj monarkhii v russkoj srednevekovoj politicheskoj mysli // Izvestiya vysshikh uchebnykh zavedenij. Pravovedenie. 1988. № 1. S. 47–56.

32. Zuev A.S. Prisoedinenie Chukotki k Rossii (vtoraya polovina XVII–XVIII vek). Novosibirsk, 2009.

33. Ivanov V.N. Vkhozhdenie Severo-Vostoka Azii v sostav Russkogo gosudarstva. Novosibirsk, 1999.

34. Il'in V.V., Akhiezer A.S. Rossijskaya gosudarstvennost': istoki, traditsii, perspektivy. M., 1997.

35. Istoriya kazachestva Aziatskoj Rossii. Ekaterinburg, 1995.

36. Kazakova N.A. Maksim Grek i ideya soslovno-predstavitel'noj monarkhii // Obschestvo i pravo feodal'noj Rossii. M., 1975. S. 159–170.

37. Kamarauli E.V. Yuzhnorusskaya prikaznaya izba kak uchrezhdenie mestnogo upravleniya vo vtoroj polovine XVII veka. Dis. … kand. ist. nauk. Voronezh, 2006.

38. Kivel'son V. Kartografii tsarstva. Zemlya i eyo znacheniya v Rossii XVII veka. M., 2012.

39. Kolesnikova E.A. «Mirskaya sluzhba» v sisteme gosudarstvennogo upravleniya vtoroj poloviny XVII v. // Sud'ba Rossii v sovremennoj istoriografii. Sbornik nauchnykh statej pamyati doktora istoricheskikh nauk, professora A.G. Kuz'mina. M., 2006. S. 407–416.

40. Kondrat'eva S.K. Posadskie lyudi yuga Rossii v XVII veke. Dis. … kand. ist. nauk. Voronezh, 2012.

41. Kosmovskaya A.A. Voevodskoe upravlenie v Permskom Prikam'e v kontse XVI – XVII vv. Dis. … kand. ist. nauk. Perm', 2015.

42. Kosheleva O.E. Boyarstvo v nachal'nyj period zarozhdeniya absolyutizma v Rossii (1645–1682 gg.). Dis. … kand. ist. nauk. M., 1987.

43. Kuz'min A.G. Pervye popytki ogranicheniya samoderzhaviya v Rossii // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1980. № 7. S. 81–90.

44. Lapteva T.A. Provintsial'noe dvoryanstvo Rossii v XVII v. M., 2010. S. 422–425.

45. Leont'eva G.A. Sluzhilye lyudi v Vostochnoj Sibiri vo vtoroj polovine XVII – pervoj chetverti XVIII vv. M., 2012.

46. Lisejtsev D.V. Posol'skij prikaz v ehpokhu Smuty. M., 2003.

47. Malandin V.V. Tserkov' i gosudarstvo v patriarshestvo Filareta. Dis. … kand. ist. nauk. M., 1996.

48. Marks K., Ehngel's F. Sochineniya. T. 17. M., 1960. S. 317–370; T. 21. M., 1961. S. 28–178.

49. Morova O.V. Rol' Zemskikh soborov v upravlenii Moskovskim gosudarstvom pri Mikhaile Fyodoroviche. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2008.

50. Mokhov A.E. Kazachestvo i Rossijskoe gosudarstvo. M., 2011.

51. Nikitin N.I. Russkaya kolonizatsiya s drevnejshikh vremen do nachala KhKh veka (istoricheskij obzor). M., 2010.

52. Novokhatko O.V. Formirovanie razryadnykh shatrov v pervom Chigirinskom pokhode 1676/77 goda // Rossijskaya istoriya. 2008. № 2. S. 47–48.

53. Novokhatko O.V. Tsentral'noe gosudarstvennoe upravlenie v Rossii vo vtoroj polovine XVII v. Dis. … d-ra ist. nauk. M., 2008.

54. Pavlov A.P. Gosudarev dvor i politicheskaya bor'ba pri Borise Godunove (1584–1605 gg.). SPb., 1992. S. 239–249.

55. Panchenko A.M., Uspenskij B.A. Ivan Groznyj i Pyotr Pervyj. Kontseptsiya pervogo monarkha // TODRL. M., 1983. № 1. S. 63.

56. Pravyaschaya ehlita Russkogo gosudarstva XI – nachala XVIII vv. SPb., 2006.

57. Predstavitel'naya vlast' v Rossii: istoriya i sovremennost'. M., 2004.

58. Preobrazhenskij A.A. Aleksej Mikhajlovich // Demidova N.F., Morozova L.E., Preobrazhenskij A.A. Pervye Romanovy na Rossijskom prestole. M., 1996.

59. Prosekov Yu.I. Vybornaya dokumentatsiya i chelobit'ya krest'yanskikh obschin Zapadnoj Sibiri XVII v. kak istoricheskij istochnik // Istoriya russkoj dukhovnoj kul'tury v rukopisnom nasledii XVI–XX vv. Novosibirsk, 1998. S. 79–95.

60. Rogozhin N.M. «U gosudarevykh del byt' ukazano». M., 2002.

61. Rogozhin N.M. Artamon Sergeevich Matveev // «Oko vsej velikoj Rossii». Ob istorii russkoj diplomaticheskoj sluzhby XVI–XVII vekov. M., 1989. S. 146–179.

62. Rogozhin N.M. Posol'skie knigi Rossii kontsa XV – nachala XVII vv. M., 1994.

63. Rogozhin N.M. Posol'skij prikaz: kolybel' rossijskoj diplomatii. M., 2003.

64. Rossijskaya imperiya ot istokov do nachala XIX veka. Ocherki sotsial'no-politicheskoj i ehkonomicheskoj istorii. M., 2011.

65. Rossijskoe gosudarstvo ot istokov do XIX v.: territoriya i vlast'. M., 2012.

66. Safargaliev Yu.V. Kasimovskoe khanstvo v sisteme russkoj gosudarstvennosti. Dis. … kand. ist. nauk. Saransk, 2011.

67. Sverdlov M.B. M.V. Lomonosov i stanovlenie istoricheskoj nauki v Rossii. SPb., 2011. S. 62

68. Sedov P.V. Zakat Moskovskogo tsarstva. Tsarskij dvor kontsa XVII veka. SPb., 2006.

69. Sedov P.V. Podnosheniya v sisteme voevodskogo upravleniya Novgoroda XVII v. // Novgorodskij istoricheskij sbornik. № 7(17). SPb., 1999. S. 130–163.

70. Sedov P.V. Stroitel'stvo v Moskve pri tsare Fyodore Alekseeviche // Otechestvennaya istoriya. 1998. № 6.

71. Simachkova N.N. Stanovlenie voevodskoj sistemy upravleniya v Sibiri v kontse XVI – nachale XVII vv. Dis. … kand. ist. nauk. Nizhnevartovsk, 2002.

72. Sokolova Eh.V. Ehvolyutsiya soslovno-predstavitel'noj vlasti v Rossii s serediny XVI do serediny XVII vv. Dis. … kand. ist. nauk. Ivanovo, 2007.

73. Sokolovskij I.R. Sluzhilye inozemtsy v Sibiri XVII v. (Tomsk, Enisejsk, Krasnoyarsk). Novosibirsk, 2004.

74. Sorokin Yu.A. Aleksej Mikhajlovich // Voprosy istorii. 1992. № 4/5. S. 73–89.

75. Talina G.V. Vybor puti: russkoe samoderzhavie vtoroj poloviny XVII – pervoj chetverti XVIII veka. M., 2010.

76. Talina G.V. Tsar' Aleksej Mikhajlovich: lichnost', myslitel', gosudarstvennyj deyatel'. M., 1996.

77. Talina G.V. Vseya Velikiya i Malyya i Belyya Rossii samoderzhavie. M., 2005.

78. Tkachenko A.B. Knyaz' Vasilij Vasil'evich Golitsyn – gosudarstvennyj deyatel' Rossii poslednej treti XVII veka. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2002.

79. Torke Kh.-J. Tak nazyvaemye sobory v Rossii // Voprosy istorii. 1991. № 1.

80. Ustyugov N.V. Ehvolyutsiya prikaznoj sistemy Russkogo gosudarstva v XVII v. // Absolyutizm v Rossii. XVII–KhVSh vv. M., 1964. S. 138.

81. Ustyuzhskij letopisnyj svod (Arkhangelogorodskij letopisets). M.; L., 1950.

82. Cherepnin L.V. Zemskie sobory Russkogo gosudarstva v XVI–XVII vv. M., 1978.

83. Shakhodanova O.Yu. Tsentral'nye i mestnye organy upravleniya Zapadnoj Sibir'yu v kontse XVI – nachale XVIII veka. Dis. … kand. ist. nauk. Tyumen', 2000.

84. Shvejkovskaya E.H. Gosudarstvo i krest'yane Rossii. Pomor'e v XVII veke. M., 1997.

85. Scherbakov S.N. Boyarin knyaz' Yurij Alekseevich Dolgorukov – gosudarstvennyj deyatel' Rossii XVII veka. Dis. … kand. ist. nauk. M., 2009.

86. Yurkin N.G. Prikaznye upravlentsy XVI–XVII vv. Uroven' obrazovaniya i moral'no-nravstvennye cherty. Dis. … kand. ist. nauk. Ivanovo, 2002.

87. Yushkov S.V. Istoriya gosudarstva i prava SSSR. Ch. 1. M., 1960. S. 236.

88. Yushkov S.V. K voprosu o politicheskikh formakh soslovno-predstavitel'noj monarkhii v Rossii // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1950. № 10. S. 47–49.