RSMA historical records about eastern workers’ (ostarbeiters) acts of resistance in the Third Reich
Table of contents
Share
Metrics
RSMA historical records about eastern workers’ (ostarbeiters) acts of resistance in the Third Reich
Annotation
PII
S086956870010142-7-1
DOI
10.31857/S086956870010142-7
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Vladimir Korotaev 
Affiliation: Russian state military archive
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
48-51
Abstract

    

Received
15.01.2020
Date of publication
24.06.2020
Number of characters
11589
Number of purchasers
2
Views
10
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article
100 RUB / 1.0 SU
Whole issue
880 RUB / 16.0 SU
All issues for 2020
1200 RUB / 24.0 SU
1 Изучение проблемы «восточных рабочих» («остарбайтеров») в нацистской Германии остаётся актуальным и в настоящее время как в гуманитарном, так и в историческом аспектах. Есть несколько причин, позволяющих утверждать, что эта тема, несмотря на серьёзные аспекты, различные исторические изыскания и публикации, не является до конца исследованной.
2 Количество советских граждан, работавших в промышленности и сельском хозяйстве Третьего рейха, исчислялось миллионами1. Установить судьбы такого огромного числа людей и жизненные коллизии, с ними происходившие, – задача чрезвычайно трудная и, как это ни печально, почти невыполнимая. Другой, тоже серьёзной причиной, препятствующей всестороннему и объективному исследованию данной проблемы, являются фрагментарность документов, их разбросанность по различным архивам и фондам. Многие материалы были уничтожены во время войны2.
1. По оценке западного историка А. Даллина, летом 1944 г. в рейхе насчитывалось 2 792 699 «восточных рабочих». Всего же, по мнению российского историка П. Поляна (при учёте гражданских лиц, вывезенных Румынией и Финляндией), их было не менее 3,2 млн человек (Полян П. Жертвы двух диктатур. М., 2002. С. 132). В трофейных немецких фондах РГВА мной обнаружено дело, содержащее статистические данные за 1943 г., составленные статистическим центром германского трудового фронта. Сведения касаются всех категорий иностранных рабочих, занятых в промышленности нацистской Германии, в том числе и «остарбайтеров» (с разбивкой по национальностям). В октябре 1943 г. в 20 741 лагере находились 970 тыс. восточных рабочих, в том числе 4 781 896 мужчин и 480 164 женщины. (РГВА, ф. 504к, оп. 4, д. 291, л. 108).

2. Согласно обнаруженному мной приказу рейхсфюрера СС от 5 февраля 1944 г., «вражескими силами в РСХА уничтожена центральная картотека по учёту иностранных (польских и восточных) рабочих (по этой причине на местах следует составлять 1 экз. карточки, не присылая 2 экз. в РСХА)» (Там же, оп. 2, д. 7, л. 39).
3 Документы об угнанных советских гражданах хранятся во многих отечественных и зарубежных архивах, в том числе в РГВА (речь идёт, в первую очередь, о материалах немецкого происхождения). Введение их в научный оборот стало осуществляться в начале 1990-х гг. До этого в Советском Союзе тема «восточных рабочих» в Третьем рейхе была табуированной. Сегодня процесс рассекречивания соответствующих архивных документов ещё не закончен. Во многом это обусловлено ограниченными техническими возможностями архивов, а также усложнённой процедурой рассекречивания. Например, один из интереснейших источников – имеющиеся во многих архивах (государственных, ФСБ) фильтрационно-проверочные дела – в ряде случаев находятся на закрытом хранении.
4 В РГВА в десятках фондов немецкого происхождения есть немало содержащих необходимые сведения документов. Их изучение затруднено из-за «распылённости» информации по многим фондам и тысячам различных дел. Несмотря на частичное использование этих сведений отечественными и зарубежными исследователями, многие архивные материалы ещё не введены в научный оборот. Для проведения комплексного выявления интересующих нас документов потребуется много сил и времени.
5 В архиве среди немецких материалов периода нацистской Германии имеются касающиеся конкретных персоналий документы (трудовые книжки, карточки иностранных рабочих, медицинские свидетельства, истории болезней и т.д.); нормативные акты (приказы, циркуляры, распоряжения, инструкции) и статистические материалы; полицейские розыскные списки; документы Главного управления имперской безопасности (РСХА). Особый интерес представляют следственные дела, связанные с побегами, фактами саботажа, антифашистской пропагандой и организованным сопротивлением «остарбайтеров».
6 Одной из форм их протеста, а иногда и актом отчаяния, нежеланием работать в нечеловеческих условиях, являлись побеги. Они принимали массовый характер, даже несмотря на очевидную бесперспективность попыток пробраться через вражескую территорию к «своим» или, в крайнем случае, к партизанам. Об этом свидетельствуют имеющиеся в архиве многочисленные немецкие документы: розыскные списки; циркуляры полиции безопасности (гестапо) и Службы безопасности рейхсфюрера СС (СД) на бежавших иностранных рабочих3 и лиц, подлежавших аресту4; донесения гестапо г. Штеттина о случаях побегов «восточных рабочих» с целью присоединения к партизанским отрядам5; списки бежавших из трудового лагеря фирмы «Сименс»6 и др. Как правило, все попытки побегов заканчивались поимкой беглецов и их последующим жестоким наказанием. В соответствии с циркуляром IV Управления РСХА от 13 июля 1943 г. под термином «побег» подразумевался любой случай невозвращения рабочего на своё место (в частности из отпуска), а также его несанкционированный уход с работы7.
3. Там же, ф. 1323к, оп. 1, д. 62, 63; и др.

4. Там же, оп. 2, д. 86; и др.

5. Там же, ф. 503к, оп. 1, д. 20, 29, 30, 33.

6. Там же, ф. 1367к, оп. 1, д. 26.

7. Там же, ф. 504к, оп. 2, д. 7, л. 111–114.
7 Согласно приказу начальника полиции и СД от 17 декабря 1942 г., беглых «остарбайтеров», нанёсших ущерб рейху (и даже не сделавших этого), отправляли в концлагерь8. Так, Василий Тихончук, совершивший побег в августе 1942 г., был пойман и отправлен в концлагерь Заксенхаузен9.
8. Там же, ф. 1164к, оп. 1, д. 1, л. 2.

9. Там же, д. 81.
8 Несколько либеральнее было сформулировано отношение к бежавшим рабочим в циркуляре от 24 апреля 1944 г. (видимо, из-за возраставшего тогда в рейхе дефицита рабочей силы). В документе указывалось, что пойманных беглых «восточных рабочих», чьи имена и места работы не удалось сразу установить, надлежало помещать в трудовые лагеря (до выяснения необходимых сведений). Если расследования не давали положительных результатов, беглецов отправляли в концлагеря10. Например, Владимир Дмитриев и Владимир Слесарев стали заключёнными Бухенвальда за побег и отказ сообщить о своих местах работы11.
10. Там же, ф. 504к, оп. 2, д. 7, л. 77–79.

11. Там же, ф. 1164к, оп. 1, д. 20.
9 В то же время, судя по имеющимся следственным делам, в концлагерь могли отправить беглеца сразу же после его поимки (без содержания в трудовом лагере). Так, в деле № 24 фигурирует Анатолий Заболоцкий, покинувший своё рабочее место в сентябре 1944 г. За уход с работы и снятие нашивки «восточный рабочий» его сразу же направили в концлагерь Заксенхаузен12.
12. Там же, д. 24.
10 Уже в первой половине 1942 г. в Берлин начали поступать донесения о распространении на территории Германии и оккупированных ею стран антифашистских листовок и воззваний. Содержание многих листовок было заимствовано в основном из передававшихся по лондонскому и московскому радио новостей, в первую очередь с фронтов. Так, сообщалось о распространении среди угнанных советских граждан лагеря Форбрух издававшегося в Стокгольме и содержавшего сведения о положении на Восточном фронте «Бюллетеня советской прессы» (донесение гестапо г. Штеттина)13; в лагерях для «остарбайтеров» в Вюртемберге – советских антифашистских листовок восточным рабочим Михаилом Орловым (справка РСХА от 23 июня 1943 г.)14.
13. Там же, ф. 503к, оп. 1, д. 446, л. 2; д. 467, л. 46.

14. Там же, оп. 4, д. 139, л. 55.
11 Иногда среди документов встречаются самодельные рукописные листовки, содержащие эмоциональные призывы к борьбе против фашизма. В качестве примера – написанное в стихотворной форме письмо-воззвание из г. Меггена, адресованное Марии Маловой в г. Штаргарде и ставшее известным в одном из трудовых лагерей15. Естественно, подобные акции оказывались в центре внимания гестапо.
15. Там же, оп. 1, д. 645, л. 1–2.
12 Впрочем, преступлением нацисты считали не только распространение листовок и новостей вражеского радио, но и передачу нежелательных сведений через обычную переписку. Последняя тщательно проверялась цензурой. Например, в письме Анны Устименко родителям (часть послания была написана молоком) сообщалось о вызванных налётами английской авиации разрушениях в Эссене, Кёльне, Дортмунде, Дуйсбурге. «Я рада, – написала Анна, – что наш город (Эссен) уже разрушен». За эту фразу её арестовали, сначала содержали в тюрьме Эссена, а затем направили в концлагерь Равенсбрюк16.
16. Там же, ф. 1164к, оп. 1, д. 85.
13 Среди материалов фонда «Документальные материалы полицейских органов Германии на советских и польских граждан, находившихся в Германии до конца Второй мировой войны в немецко-фашистском плену» имеются архивно-следственные дела на «восточных рабочих», обвинявшихся в различных преступлениях, в том числе саботаже, вредительстве, уклонении от принудительных работ. В частности есть следственные дела на рабочих: Павел Лазоренко – отказался от работы и нанёс травмы немцу-мастеру17; Михаил Ярёменко – не стал работать сам и призвал других «остарбайтеров» последовать его примеру18; Андрей Грецак (арестован в феврале 1941 г.) – за отказ выполнять работу был отправлен в лагерь строгого режима19.
17. Там же, д. 49.

18. Там же, д. 101.

19. Там же, д. 19.
14 Наряду с индивидуальными и стихийными акциями протеста предпринимались и попытки организованного сопротивления «восточных рабочих». Представление о характере и размерах наиболее значительных подпольных организаций советских людей, действовавших на территории Германии в конце 1943 г. – первой половине 1944 г., даёт составленная РСХА секретная «Сводка ликвидированных и обнаруженных в 1944 г. групп нелегальных коммунистических организаций среди восточных рабочих и советских военнопленных в империи». В этом документе речь идёт, естественно, лишь о тех организациях, которые нацистам удалось выследить.
15 В ежедневных донесениях гестапо г. Штеттина, направленных в IV управление РСХА в Берлин, сообщалось, что в течение апреля–июня 1944 г. были арестованы 64 члена антифашистской организации «восточных рабочих» «Искра». Подпольная организация, состоявшая из небольших групп, действовала в округах Штольп, Кёльн, Лауденбург, в г. Штеттине и ставила своей задачей «пробиться с боями на соединение с партизанами в районе Белостока». Также указывалось, что члены всех групп принимали присягу, заполняли анкеты, где сообщали собственные биографические данные, адреса родственников и прилагали свои фотографии. Согласно донесениям, помощь организации оказывала гражданка Германии (русская по национальности), которая поддерживала рабочих продуктами и организовывала прослушивание радиопередач московского радио20.
20. Там же, ф. 503к, оп. 1, д. 29, л. 18, 19, 21, 24–26, 28, 29.
16 В октябре 1944 г. главный прокурор судебной палаты в Берлине начал следствие по делу членов «Национального комитета свободной Германии Вилли Хильшера и Артура Матнора, обвинявшихся в государственной измене и приговорённых к смертной казни за создание антифашистских групп среди восточных рабочих, находившихся в лагерях под Берлином»21.
21. Там же, ф. 1361к, оп. 1, д. 3505.
17 Ещё одно следственное дело касалось «остарбайтеров» Александра Колбасана и Ирины Орловой, работавших на военном заводе «Райнметалл Борзиг АГ» в Берлине в 1942–1943 гг. и участвовавших в деятельности нелегальной группы, организованной немецкими коммунистами Фрицем Любеном и Отто Хазе. Члены этой группы распространяли листовки, прослушивали передачи лондонского радио и занимались организацией саботажа на производстве. Любена и Хазе приговорили к смертной казни, Колбасана – к семи, Орлову – к двум годам тюремного заключения22.
22. Там же, оп. 2, д. 21.
18 В целом обнаруженные в различных немецких фондах РГВА документы – это небольшое, но ценное дополнение к известному комплексу архивных материалов по проблеме, детальное исследование которой, безусловно, будет продолжено.

References

1. Po otsenke zapadnogo istorika A. Dallina, letom 1944 g. v rejkhe naschityvalos' 2 792 699 «vostochnykh rabochikh». Vsego zhe, po mneniyu rossijskogo istorika P. Polyana (pri uchyote grazhdanskikh lits, vyvezennykh Rumyniej i Finlyandiej), ikh bylo ne menee 3,2 mln chelovek (Polyan P. Zhertvy dvukh diktatur. M., 2002. S. 132). V trofejnykh nemetskikh fondakh RGVA mnoj obnaruzheno delo, soderzhaschee statisticheskie dannye za 1943 g., sostavlennye statisticheskim tsentrom germanskogo trudovogo fronta. Svedeniya kasayutsya vsekh kategorij inostrannykh rabochikh, zanyatykh v promyshlennosti natsistskoj Germanii, v tom chisle i «ostarbajterov» (s razbivkoj po natsional'nostyam). V oktyabre 1943 g. v 20 741 lagere nakhodilis' 970 tys. vostochnykh rabochikh, v tom chisle 4 781 896 muzhchin i 480 164 zhenschiny. (RGVA, f. 504k, op. 4, d. 291, l. 108).