Revisting the date of the Treaty of Bolotovo
Table of contents
Share
Metrics
Revisting the date of the Treaty of Bolotovo
Annotation
PII
S086956870010772-0-1
DOI
10.31857/S086956870010772-0
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Natalia Petrova 
Affiliation: Saint-Petersburg National Research University of Information Technologies, Mechanics and Optics
Address: Russian Federation, Saint-Petersburg
Edition
Pages
64-70
Abstract

    

Received
19.05.2020
Date of publication
07.09.2020
Number of purchasers
9
Views
128
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article
100 RUB / 1.0 SU
Whole issue
880 RUB / 16.0 SU
All issues for 2020
4224 RUB / 84.0 SU
1 В историографии новгородско-псковских взаимоотношений XIV в. вопрос о «Болотовском договоре» занимает одно из ключевых мест. Начиная с Н.М. Карамзина, с этим актом, данным новгородцами псковичам в 1348 г. (согласно Новгородской IV летописи)1, связывается официальное признание Новгородом независимости Пскова2. По вопросу о степени этой независимости историками высказаны разнообразные мнения3. Если у дореволюционных и большинства советских исследователей споры вызывал вопрос о значении Болотовского пожалования, то в работах конца XX – начала XXI в. пересмотру подверглась датировка самого договора.
1. ПСРЛ. Т. IV. Ч. 1. Вып. 1. Пг., 1915. С. 278.

2. Карамзин Н.М. История государства Российского. Т. 4. СПб., 1833. С. 262; Болховитинов Е.А. История княжества Псковского с присовокуплением плана города Пскова. Ч. 1. Киев, 1831. С. 87; Соловьёв С.М. Псков и Ливония // Московский сборник. Т. 1. М., 1852. С. 298; Соловьёв С.М. Сочинения. Кн. 2. Т. 3–4. М., 1988. С. 246; Толстой М.В. Святыни и древности Пскова. М., 1861. С. 8; Беляев И.Д. Рассказы из Русской истории. Кн. 3. История города Пскова и Псковской земли. М., 1867. С. 258; Костомаров Н.И. Исторические монографии и исследования. Т. 7. СПб., 1868. С. 270–271; Троицкий И.Д. Псков, Ливония и Вятка // Бесплатное приложение к журналу «Народное образование» за январь 1904 г. С. 6.

3. Никитский А.И. Очерк внутренней истории Пскова. СПб., 1873. С. 210–214; Хорошев А.С. Церковь в социально-политической системе Новгородской феодальной республики. М., 1980. С. 64–65; Пресняков А.Е. Образование Великорусского государства. Очерки по истории XIII–XV столетий. Пг., 1918. С. 288; Лавров В., Максимов П. Псков. Псков, 1950. С. 9; Кафенгауз Б.Б. Посадники и боярский совет в древнем Пскове // Исторические записки. Т. 33. М., 1950. С. 173; Мартысевич И.Д. Псковская Судная грамота. Историко-юридическое исследование. М., 1951. С. 41; Мартысевич И.Д. Общественно-политический строй и право Псковской феодальной республики XIV–XV вв. Автореф. дис. ... д-ра ист. наук. М., 1965. С. 16; Псковский край в истории СССР. Очерки истории. Л., 1970. С. 15; Колотилова С.И. К вопросу о положении Пскова в составе Новгородской феодальной республики // История СССР. 1975. № 2. С. 152; Васильев М.Е. Этапы развития обороны Псково-Литовского рубежа в XIII–XVI вв. Дис. … канд. ист. наук. Л., 1978. С. 6, 33; Кучкин В.А. Русские княжества и земли перед Куликовской битвой // Куликовская битва. Сборник статей. М., 1980. С. 52.
2 Впервые дату подписания Болотовского договора подвергла сомнению Г.В. Проскурякова. Она отметила, что из летописного сообщения «совершенно ясно, что Болотово, упоминающееся в речи новгородцев, – не лагерь под Орешком»; новгородцы не пошли бы на столь значительные уступки ради помощи небольшого псковского отряда; псковичи, «добившись такого успеха, не поставили бы его под угрозу своим отъездом». Эти доводы позволили Проскуряковой утверждать, что Болотовский договор был заключён ранее 1348 г. В поисках даты подписания «пожалования» исследовательница обратилась ко времени княжения в Пскове Александра Михайловича Тверского (1327–1329, 1331–1337). Именно в этот период, посчитала она, для усиления позиции Москвы по отношению к Новгороду и Пскову Иван Калита согласился на отделение Пскова от «старшего брата». Аргументируя свой вывод, Проскурякова писала о том, что с этого времени новгородский владыка стал приезжать в Псков на свой «подъезд», а это, как она полагала, являлось одним из условий Болотовского договора4.
4. Псков. Очерки истории. Л., 1971. С. 36, 37.
3 Т.В. Круглова обратилась к вопросу о Болотовском пожаловании в связи с исследованием церковной организации средневекового Пскова. Она выдвинула гипотезу о существовании в договоре статей, невыгодных псковичам: о праве присылать новгородского князя-кормленщика и об учреждении псковского владычного наместничества. В 1348 г., по её мнению, псковичи публично отказались от выполнения условий Болотовского договора, что и было зафиксировано на страницах летописи. А подписание этого акта произошло в 1342 г., во время псковско-ливонской войны5.
5. Круглова Т.В. Церковь и духовенство в социальной структуре Псковской феодальной республики. Автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1991. С. 7–8.
4 В.Л. Янин также отверг традиционную датировку Болотовского пожалования. Свою позицию исследователь аргументировал рядом соображений: шведская военная угроза была не столь серьёзной, чтобы новгородцы согласились пойти на уступку псковичам; подобные соглашения «не заключались в полевых условиях предводителями военных отрядов»; в районе Ореховца нет населённого пункта с названием Болотово; псковский отряд был не столь многочисленным, чтобы оказать серьёзную помощь новгородцам; между Болотовским пожалованием и событиями у Ореховца прошло определённое время, «коль скоро новгородцы упрекают псковичей в короткой памяти»; ни Новгородская I летопись, ни псковские летописи не упоминают о каком-либо докончании Новгорода и Пскова под 1348 г. Анализируя сообщения летописей, Янин обратился к событиям 1329 г., когда войска великого князя владимирского Ивана Даниловича Калиты пошли на Псков с целью выгнать оттуда князя Александра Михайловича. Историк выдвинул предположение о том, что Болотовский договор был заключён между псковичами и новгородцами в 1329 г. в лагере Ивана Калиты у города Опоки после отбытия из Пскова князя Александра Тверского. Уточнив, что в семи километрах к юго-востоку от Опок находилась деревня Волотово, исследователь идентифицировал её с летописным Болотово6. Мнение Янина впоследствии поддержали К.А. Аверьянов и А.Е. Мусин7.
6. Янин В.Л. «Болотовский» договор о взаимоотношениях Новгорода и Пскова в XII–XIV веках // Отечественная история. 1992. № 6. С. 4, 5.

7. Аверьянов К.А. Псковские князья первой половины XIV в. // Псков в российской и европейской истории. Международная научная конференция. Т. 1. М., 2003. С. 149; Мусин А.Е. Церковь и горожане средневекового Пскова. СПб., 2010. С. 275.
5 С.В. Белецкий, проанализировав сообщение Новгородской I летописи о владычном приезде в Псков в 1337 г., где сообщается о том, что псковичи отказали своему архиепископу в «части своих полномочий, которая, согласно условиям Болотовского договора, переходила в компетенцию псковского владычного наместника», исследователь пришёл к выводу о том, что в 1337 г. Болотовский договор ещё не был заключён. По его мнению, это пожалование было дано «в период, максимально близкий к 1348 г.», а именно зимой 1342/43 г. Свой вывод историк подкрепил данными псковских и новгородских летописей. В сообщении Новгородской I летописи за март 1342 г. зафиксировано, что, обращаясь за помощью против немецких рыцарей, псковичи назвали новгородцев «господой». Это, по мнению Белецкого, свидетельствует о том, «что весной 1342 г. суверенитет Пскова ещё не имел правового, юридического оформления». В записях же Псковских I и III летописей за июнь 1343 г. при обращении псковичей к новгородцам употреблена формула: «Новгородцы, братья наша», а «эта форма обращения ни в коей мере не отвечает требованиям вассалитета, но зато соответствует формуле отношений, зафиксированных Болотовским договором». Следовательно, как полагал историк, Болотовское пожалование было подписано между мартом 1342 г. и июнем 1343 г. Опираясь на данные псковских и новгородских летописей, Белецкий сузил датировку до зимы 1342/43 г., когда во время псковско-ливонской войны псковичи помирились с новгородцами8.
8. Белецкий С.В. Сфрагистика средневекового Пскова. Вып. 2: Вечевые печати Пскова. СПб., 1994. С. 64–67.
6 Рассмотрев историографию вопроса о дате заключения Болотовского договора, А.В. Ерёменко выразил сомнения в том, что пожалование было дано новгородцами псковичам в годы княжения в Пскове Александра Михайловича Тверского. Это, по мнению историка, противоречит сообщению псковских летописей9: в 1342 г. псковичи рассорились со своим князем Александром Всеволодовичем, покинувшим город и уехавшим в Новгород, оставив жителей Пскова в условиях военного конфликта с немцами. В этой ситуации псковичи обратились к новгородцам с просьбой прислать помощь и наместника10. Если бы Болотовский договор к 1342 г. был заключён, то, по мнению Ерёменко, «псковичи, лишь недавно юридически оформившие политическое отделение от Новгорода, не стали бы создавать прецедент для вмешательства Новгорода в псковские дела и ограничились бы просьбой о присылке войска без наместника». Хронологический период возможного подписания соглашения исследователь разместил между 1342 и 1345–1346 гг., никак не пояснив верхней границы датировки. Для уточнения даты подписания пожалования Ерёменко обратился к летописным известиям, повествующим о псковско-ливонской войне 1342–1343 гг. По мнению исследователя, именно в это время сложилась политическая ситуация, способствовавшая заключению Болотовского договора: псковичи рассчитывали на помощь литовцев против немцев, но не получили её и вынуждены были «смириться» с Новгородом, т.е. подписать Болтовский договор. Это произошло, согласно Ерёменко, в 1342 – не позднее марта 1343 г. Для усиления аргументации исследователь обратил внимание на то, что летописец, сообщая о примирении псковичей с новгородцами, подробно перечислил святыни, на которые «уповали» псковичи. «Если бы речь шла о простом “примирении” псковичей с новгородцами, вряд ли бы новгородский летописец стал их перечислять; он тем самым хотел подчеркнуть значимость этого “смирения”, т.е. Болотовского договора»11. Близкой датировки придерживается и А.В. Валеров, в качестве наиболее вероятной даты подписания Болотовского пожалования назвавший 1342 г.12
9. Ерёменко А.В. Болотовский договор и его значение // Опыты по источниковедению. Древнерусская книжность: редактор и текст. Вып. 3. СПб., 2000. С. 31, 33.

10. Псковские летописи. Вып. 1. М.; Л., 1941. С. 18; Вып. 2. М.; Л., 1955. С. 24, 93.

11. Ерёменко А.В. Указ. соч. С. 33, 34.

12. Валеров А.В. Новгород и Псков: очерки политической истории Северо-Западной Руси XI–XIV веков. СПб., 2004. С. 261–263, 265–266.
7 Мнения историков, рассматривавших вопрос о месте и обстоятельствах заключения Болотовского договора, таким образом, разделились. Наряду с традиционной датировкой пожалования исследователями выдвинуто положение о заключении акта до 1348 г.: одни историки считают датой подписания договора 1329 г., другие – 1342/43 г. При этом аргументация исследователей, утверждавших, что Болотовский договор был заключён ранее 1348 г., не совсем убедительна. Опираясь только на летописные данные, нельзя понять, где именно находилось местечко Болотово: было ли это селение, расположенное недалеко от Ореховца, или его следует искать в других местах. Вслед за В.Л. Яниным полагаю продуктивным привлечь материалы писцовых книг для возможного решения этого вопроса. Спорным является и утверждение о том, что немногочисленный псковский отряд не рассматривался новгородцами в качестве военной силы, способной оказать помощь в борьбе со шведами. Напомню, что в 1348 г. великий князь владимирский не пришёл на помощь жителям Новгорода, которые вынуждены были самостоятельно вести борьбу со шведскими войсками, осадившими Ореховец13. Сложно судить, насколько серьёзной для Новгородской земли была военная угроза, но то, что осада Ореховца длилась более шести месяцев14, свидетельствует о том, что новгородцам пришлось надолго аккумулировать значительные военные силы под стенами крепости, и помощь даже небольшого псковского отряда могла оказаться существенной.
13. ПСРЛ. Т. III. М.; Л., 1950. С. 359–360.

14. Там же. С. 359–361; Т. IV. Ч. 1. С. 279.
8 Оценивая обстоятельства, при которых новгородцы дали «жалобу» псковичам, следует принять во внимание то, что в традиционном обществе «нововведением», как правило, является письменно зафиксированная традиция. Вероятно, Болотовский договор юридически закрепил уже сложившиеся отношения. А это вполне могло произойти в полевых условиях, учитывая, что псковский отряд возглавляли лучшие представители общины, выражавшие и защищавшие интересы своей земли. Полагаю, что под Болотово был заключён лишь предварительный договор. Можно спорить и с утверждением об угрозе болотовским договорённостям вследствие отъезда псковичей из лагеря. Текст договора не сохранился, известны лишь условия соглашения, упомянутые летописцем, и остаётся только предполагать, при каких обстоятельствах действие документа могло быть прекращено. Ни один выдвинутый исследователями довод не опровергает традиционной датировки Болотовского договора.
9 Отмечу, что в 1329 и 1342/43 гг. псковичи действительно заключили договорные грамоты. Однако в первом случае это было докончание Пскова с Иваном Калитой, регламентировавшее отношения Пскова с великим князем, а нормы Болотовского соглашения посвящены псковско-новгородским взаимоотношениям15. В 1342/43 г. псковичи, согласно летописному сообщению, «смиришася с Новымъ городом»16. Условия мира неизвестны, однако его тоже нельзя соотнести с Болотовским договором: его заключили во время псковско-ливонской войны 1341–1343 гг. и начавшейся в Пскове эпидемии, когда надежды псковичей на литовскую военную поддержку не оправдались. Новгородская IV летопись сообщает, что в 1342/43 г. псковские послы «добиша челомъ Новугороду и смиришася»17. Древнерусское выражение «бить челом» означает «просить» и подчёркивает неравенство сторон18, в то время как Болотовское пожалование регламентировало взаимоотношения, пусть и не полностью равноправных общин, но «братьев».
15. Валеров А.В. Указ. соч. С. 265.

16. Псковские летописи. Вып. 2. С. 96–97.

17. ПСРЛ. Т. IV. Ч. 1. С. 274.

18. Срезневский И.И. Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам. Т. 3. СПб., 1912. С. 1486–1487; Сквайрс Е.Р., Фердинанд С.Н. Ганза и Новгород: языковые аспекты исторических контактов. М., 2002. С. 184–188.
10 Обратимся к рассмотрению сообщения Новгородской IV летописи за 1348 г. в контексте событий, происходивших в конце 1340-х гг. в Северо-Западной и Северо-Восточной Руси. В конце 1347 – начале 1348 г. шведский король решил организовать крестовый поход против новгородцев. Он предложил новгородцам организовать богословский спор о том, «чья вера лучьши». На это жители Новгорода ответили: «А с тобою не спираемся про веру; а коя будет обида межи нами, а о томъ шлем к тобе на съездъ». Но Магнуса Эриксона такой ответ не удовлетворил: «Обиди ми с вами ниту ни коеи, поидите в мою веру; а не поидете, иду на васъ со всею моею силою»19. Безусловно, спор о вере был только предлогом для организации похода на прибалтийские владения Великого Новгорода, либо так желал объяснить агрессию шведского короля новгородский летописец20. В 1348 г. войска короля Магнуса вторглись в Новгородскую землю и осадили крепость Ореховец (Орешек). Новгородцы послали на помощь жителям крепости «малую дружину». Но война затянулась: Магнус взял Ореховец на Спасов день, 1 августа 1348 г. Новгородские войска отправились в Ладогу, где встали лагерем в безрезультатном ожидании помощи от великого князя владимирского Симеона Ивановича Гордого. Последний был занят разрешением политической ситуации, сложившейся в 1340-х гг. в отношениях Литвы, Орды и Тевтонского ордена. В начале 1348 г. рыцари во главе с магистром Тевтонского ордена выступили в поход. 2 февраля 1348 г. состоялось сражение на р. Страве, где литовские войска потерпели поражение21. Князь Ольгерд искал союзников, и вскоре «посла въ Орду къ царю Чанибеку брата своего Корьяда, и просилъ рати оу царя себе въ помочь»22. Возникла возможность образования литовско-ордынского союза23, и для предотвращения этой угрозы Семён Гордый отправил к хану Джанибеку посольство. Хан принял сторону великого князя Владимирского: Кориада арестовали и отправили в Москву с ордынским послом.
19. ПСРЛ. Т. III. С. 359.

20. Шаскольский И.П. Борьба Руси за сохранение выхода к Балтийскому морю в XIV в. Л., 1987. С. 142.

21. Чешихин Е.В. История Ливонии с древнейших времен. Т. 2. Рига, 1885. С. 252–253; Гудавичюс Э. История Литвы. С древнейших времён до 1569 года. М., 2005. С. 127–128.

22. ПСРЛ. Т. XV. М., 2000. Стб. 58.

23. Черепнин Л.В. Образование Русского централизованного государства в XIV–XV вв. Очерки экономической и политической истории Руси. М., 1960. С. 540–541; Горский А.А. Москва и Орда. М., 2000. С. 74–75.
11 Эти события происходили в то время, когда отряды шведского короля вторглись в Новгородскую землю, а жители Новгорода позвали великого князя владимирского на помощь. Поначалу Симеон Иванович отправился с войсками к Новгороду, но в пути «постигоша его гонци киличеи изо Орды, онъ же възвратися на Москву»24. В Новгород прибыло московское войско, возглавленное братом Симеона Гордого князем Иваном Ивановичем, вернувшимся в Москву после получения известия о взятии шведами Ореховца25. Новгородцам пришлось продолжать войну своими силами, и они «поидоша из Ладоги и сташа у Вореховца»26. Произошло это на Успение Богородицы – 15 августа 1348 г. Осада длилась до 25 февраля 1349 г. и завершилась освобождением города27.
24. ПСРЛ. Т. XV. Стб. 58.

25. Там же. Т. III. С. 360.

26. Там же.

27. Там же. Т. IV. Ч. 1. С. 278–279; Т. III. С. 361.
12 Согласно летописным данным, в составе новгородского войска под Ореховцем были псковичи28, а Псков и Псковская земля осталась без защитников. Воспользовавшись этим, немцы совершили два похода на Псковщину, придя с севера, со стороны р. Наровы, и с запада, со стороны Дерптского епископства. Вторая военная акция, судя по данным псковских летописей, была масштабной: ливонцы разорили территорию вокруг Острова, затем подошли вдоль р. Великой к Запсковью, оттуда двинулись к Изборску и уже от этой крепости – в Дерптское епископство. Об этих нападениях красноречиво сообщает Псковская III летопись: «Немци прислаша во Псков, развергоша миръ со псковичи, переехавше Немци Норовоу, повоеваша села псковскаа. По томъ, того же лета, воеваше села около Острова, и поидоша ко Псковоу подле Великоую рекоу, воюючи села, и подъехавше, пожгоша хоромы на Завеличье, и поидоша ко Изборскоу, воюючи села псковскаа и изборскаа; а псковичи тогда бяше оу Ворешка»29. В этой ситуации псковичи, принимавшие участие в осаде Ореховца, должны были вернуться в свою землю. Именно в связи с этими событиями Новгородская IV летопись упоминает «Болотовский договор». Не желая оставлять свою землю без защиты, псковичи сказали новгородцам: «“Не хотим стояти долго, но идемъ прочь”. Реша же новгородци: “братье Плесковици! Топерво (здесь и далее курсив мой. – Н.П.) мы вамъ дали жалобу на Болотови: посадникомъ нашимъ оу васъ въ Плескове не быти ни судити, а о владыце судити вашему Плесковитиноу, а из Новагорода васъ не позывати дворяны, ни подвоискыми, ни Софьяны, ни изветникы, ни беречи; но борзо есте забыли наше жалование, а ныне хощете поехати”»30. Несколько иной текст содержится в Софийской I летописи: «Того же лета, коли идучи Новгородци къ Ореховцю даша жалование городу Пскову: посадникомъ Новогородьскымъ въ Пьскове ни седети, ни судити, а отъ владыки судити ихъ брату Псковитину, а изъ Новагорода ихъ не позывати ни дворяны, ни подвойскыми, ни Софияны, ни изветникы, ни биричи; но назваша братомъ молодшимъ Новугороду Псковъ»31.
28. Там же. Т. III. С. 360.

29. Псковские летописи. Вып. 2. С. 26, 97.

30. ПСРЛ. Т. IV. Ч. 1. С. 278, 287.

31. Там же. Т. VI. Вып. 1. М., 2000. Стб. 422.
13 Близость содержания этих известий связана с тем, что обе летописи восходят к общему протографу, текст которого передан в Софийской I летописи лучше, без заметных добавлений. Несмотря на то что источник этих летописей исследователями восстанавливается по-разному, важно, что памятники отразили новгородское летописание конца XIV – первой половины XV в.32 Выражение, употреблённое составителем Новгородской IV летописи для обозначения времени Болотовского пожалования – «топерво», означало в древнерусском языке «теперь, теперь в первый раз, только что»33. Из содержания этой летописной статьи узнаём, что жалование было дано в 1348 г. – «только что». Об этом же свидетельствует и статья Софийской I летописи: Болотовское пожалование было дано новгородцами по дороге к крепости Ореховец, в 1348 г. – «коли идучи новгородци къ Ореховцю». Летописные статьи, следовательно, не дают основания относить заключение договора к более раннему времени.
32. Шахматов А.А. Обозрение русских летописных сводов XIV–XVI вв. М.; Л.,1938. С. 182–188, 208–221; Присёлков М.Д. История русского летописания XI–XV вв. Л., 1940. С. 142–164; Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV–XV вв. Л., 1976. С. 67–121.

33. Срезневский И.И. Указ. соч. Т. 2. СПб., 1902. Стб. 1768; Зализняк А.А. Древненовгородский диалект. М., 2004. С. 442.
14 Принимая во внимание фразу летописца о том, что пожалование было дано псковичам, «коли идучи Новгородци къ Ореховцю», можно предположить, что это случилось по дороге из Новгорода в Ладогу или из Ладоги в Ореховец. Согласно данным писцовой книги по Вотской пятине 1500 г., в Никольском (Ярвосольском) погосте Ореховецкого уезда существовала деревня Болотово. Весь уезд располагался вдоль р. Мея, впадающей в р. Неву, и р. Назия, впадающей в Ладожское озеро34. Данные летописей и писцовой книги позволяют предположить, что после занятия Ореховца шведами новгородцы, не дождавшиеся помощи от великого князя, отправились из Ладоги к захваченной неприятелем крепости. По дороге, у деревни Болотово, они дали «жалование» псковичам. Если это предположение верно, то Болотовский договор был заключён в промежутке времени между 1 и 15 августа 1348 г. в деревне Болотово, расположенной по дороге между Ладогой и Ореховцем.
34. Переписная окладная книга по Новгороду Вотьской пятины. 7008 года (Вторая половина) // Временник Императорского Московского общества истории и древностей российских. Кн. 11. М., 1851. С. 439.

References

1. Karamzin N.M. Istoriya gosudarstva Rossijskogo. T. 4. SPb., 1833. S. 262.

2. Bolkhovitinov E.A. Istoriya knyazhestva Pskovskogo s prisovokupleniem plana goroda Pskova. Ch. 1. Kiev, 1831. S. 87.

3. Solov'yov S.M. Pskov i Livoniya // Moskovskij sbornik. T. 1. M., 1852. S. 298.

4. Solov'yov S.M. Sochineniya. Kn. 2. T. 3–4. M., 1988. S. 246.

5. Tolstoj M.V. Svyatyni i drevnosti Pskova. M., 1861. S. 8.

6. Belyaev I.D. Rasskazy iz Russkoj istorii. Kn. 3. Istoriya goroda Pskova i Pskovskoj zemli. M., 1867. S. 258.

7. Kostomarov N.I. Istoricheskie monografii i issledovaniya. T. 7. SPb., 1868. S. 270–271.

8. Troitskij I.D. Pskov, Livoniya i Vyatka // Besplatnoe prilozhenie k zhurnalu «Narodnoe obrazovanie» za yanvar' 1904 g. S. 6.

9. Nikitskij A.I. Ocherk vnutrennej istorii Pskova. SPb., 1873. S. 210–214.

10. Khoroshev A.S. Tserkov' v sotsial'no-politicheskoj sisteme Novgorodskoj feodal'noj respubliki. M., 1980. S. 64–65.

11. Presnyakov A.E. Obrazovanie Velikorusskogo gosudarstva. Ocherki po istorii XIII–XV stoletij. Pg., 1918. S. 288.

12. Lavrov V., Maksimov P. Pskov. Pskov, 1950. S. 9.

13. Kafengauz B.B. Posadniki i boyarskij sovet v drevnem Pskove // Istoricheskie zapiski. T. 33. M., 1950. S. 173.

14. Martysevich I.D. Pskovskaya Sudnaya gramota. Istoriko-yuridicheskoe issledovanie. M., 1951. S. 41.

15. Martysevich I.D. Obschestvenno-politicheskij stroj i pravo Pskovskoj feodal'noj respubliki XIV–XV vv. Avtoref. dis. ... d-ra ist. nauk. M., 1965. S. 16.

16. Pskovskij kraj v istorii SSSR. Ocherki istorii. L., 1970. S. 15.

17. Kolotilova S.I. K voprosu o polozhenii Pskova v sostave Novgorodskoj feodal'noj respubliki // Istoriya SSSR. 1975. № 2. S. 152.

18. Vasil'ev M.E. Ehtapy razvitiya oborony Pskovo-Litovskogo rubezha v XIII–XVI vv. Dis. … kand. ist. nauk. L., 1978. S. 6, 33.

19. Kuchkin V.A. Russkie knyazhestva i zemli pered Kulikovskoj bitvoj // Kulikovskaya bitva. Sbornik statej. M., 1980. S. 52.

20. Pskov. Ocherki istorii. L., 1971. S. 36, 37.

21. Kruglova T.V. Tserkov' i dukhovenstvo v sotsial'noj strukture Pskovskoj feodal'noj respubliki. Avtoref. dis. … kand. ist. nauk. M., 1991. S. 7–8.

22. Yanin V.L. «Bolotovskij» dogovor o vzaimootnosheniyakh Novgoroda i Pskova v XII–XIV vekakh // Otechestvennaya istoriya. 1992. № 6. S. 4, 5.

23. Aver'yanov K.A. Pskovskie knyaz'ya pervoj poloviny XIV v. // Pskov v rossijskoj i evropejskoj istorii. Mezhdunarodnaya nauchnaya konferentsiya. T. 1. M., 2003. S. 149; Musin A.E. Tserkov' i gorozhane srednevekovogo Pskova. SPb., 2010. S. 275.

24. Beletskij S.V. Sfragistika srednevekovogo Pskova. Vyp. 2: Vechevye pechati Pskova. SPb., 1994. S. 64–67.

25. Eryomenko A.V. Bolotovskij dogovor i ego znachenie // Opyty po istochnikovedeniyu. Drevnerusskaya knizhnost': redaktor i tekst. Vyp. 3. SPb., 2000. S. 31, 33.

26. Pskovskie letopisi. Vyp. 1. M.; L., 1941. S. 18; Vyp. 2. M.; L., 1955. S. 24, 93.

27. Valerov A.V. Novgorod i Pskov: ocherki politicheskoj istorii Severo-Zapadnoj Rusi XI–XIV vekov. SPb., 2004. S. 261–263, 265–266.

28. Sreznevskij I.I. Materialy dlya slovarya drevnerusskogo yazyka po pis'mennym pamyatnikam. T. 3. SPb., 1912. S. 1486–1487; Skvajrs E.R., Ferdinand S.N. Ganza i Novgorod: yazykovye aspekty istoricheskikh kontaktov. M., 2002. S. 184–188.

29. Shaskol'skij I.P. Bor'ba Rusi za sokhranenie vykhoda k Baltijskomu moryu v XIV v. L., 1987. S. 142.

30. Cheshikhin E.V. Istoriya Livonii s drevnejshikh vremen. T. 2. Riga, 1885. S. 252–253; Gudavichyus Eh. Istoriya Litvy. S drevnejshikh vremyon do 1569 goda. M., 2005. S. 127–128.

31. Cherepnin L.V. Obrazovanie Russkogo tsentralizovannogo gosudarstva v XIV–XV vv. Ocherki ehkonomicheskoj i politicheskoj istorii Rusi. M., 1960. S. 540–541; Gorskij A.A. Moskva i Orda. M., 2000. S. 74–75.

32. Pskovskie letopisi. Vyp. 2. S. 26, 97.

33. Shakhmatov A.A. Obozrenie russkikh letopisnykh svodov XIV–XVI vv. M.; L.,1938. S. 182–188, 208–221; Prisyolkov M.D. Istoriya russkogo letopisaniya XI–XV vv. L., 1940. S. 142–164; Lur'e Ya.S. Obscherusskie letopisi XIV–XV vv. L., 1976. S. 67–121.

34. Sreznevskij I.I. Ukaz. soch. T. 2. SPb., 1902. Stb. 1768; Zaliznyak A.A. Drevnenovgorodskij dialekt. M., 2004. S. 442.

35. Perepisnaya okladnaya kniga po Novgorodu Vot'skoj pyatiny. 7008 goda (Vtoraya polovina) // Vremennik Imperatorskogo Moskovskogo obschestva istorii i drevnostej rossijskikh. Kn. 11. M., 1851. S. 439.