Mirages of Georgian independence
Table of contents
Share
Metrics
Mirages of Georgian independence
Annotation
PII
S086956870013460-7-1
DOI
10.31857/S086956870013460-7
Publication type
Review
Source material for review
Муханов В.М. «Социализм виноградарей», или История Первой Грузинской республики: 1917–1921. М.: Кучково поле, 2019. 928 с.
Status
Published
Authors
Edition
Pages
197-200
Abstract

        

Received
30.09.2020
Date of publication
18.03.2021
Number of purchasers
0
Views
69
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

1 В центре Тбилиси на проспекте Шота Руставели стоит относительно небольшой двухэтажный особняк – бывший дворец кавказского наместника, в котором в конце мая 1918 г. Национальный совет Грузии принял Акт о независимости. В этом можно увидеть своеобразный символизм: новая государственность утверждалась на имперском фундаменте. Для создателей «кавказских суверенитетов», оказавшихся в эмиграции, «независимость… была естественным завершением тех исторических процессов, которые пришлось претерпеть Кавказу с начала XVIII столетия»1. Они понимали её как освобождение от российской власти, но ведь у этого процесса можно усмотреть и иную логику: только благодаря империи удалось создать то, что сегодня называется единой Грузией. Именно империя собрала разрозненные княжества в российские губернии, завершив этот процесс присоединением Аджарии в 1878 г. Империя же вольно или невольно стала своеобразным катализатором грузинского национального движения.
1. Билатти Б. Кавказа в борьбе за независимость (доклад, читанный в Варшаве на торжественном собрании в память 20-летия провозглашения независимости кавказских республик) // Призыв (Варшава). 1938. № 1–2. С. 18.
2 В академических трудах, написанных в СССР, весь период после 1917 г. описывался исключительно как триумфальное шествие советской власти. Любые силы, противостоявшие большевикам, объявлялись «контрреволюционными бандами» и «иностранными наймитами». Сторонники независимости изображались «агентами внутренней и международной контрреволюции», которые «укрепляли в Грузии капитализм и обрекали народные массы на угнетение и эксплуатацию», хотя их государственный проект не имел никаких шансов на успех2. В 1990-х гг. интерес российских учёных к судьбам государств Закавказья существенно снизился, и, по сути, данный регион остаётся в отечественной историографии terra incognita. Между тем даже в преамбуле к действующей конституции Грузии содержится отсылка к «историко-правовому наследию» первой республики.
2. Хачапуридзе Г.В. Борьба грузинского народа за установление Советской власти. М., 1956. С. 120, 127.
3 Книга В.М. Муханова, представляющая собой сильно переработанное и дополненное издание его первой монографии3, – пока единственное в России исследование, где детально рассматриваются самые разнообразные стороны жизни Кавказа в период между крушением Российской империи и созданием СССР. В ней сказана суровая правда об обретении и потере свободы со всеми её достоинствами и трагизмом. В своих выводах автор опирается на материалы РГАСПИ, ГА РФ, РГВИА, ЦГА Республики Дагестан, а также Центрального исторического архива Грузии. Им использованы почти две сотни опубликованных источников, а также чуть менее четырёхсот советских, российских, эмигрантских, европейских и американских работ. К сожалению, не учтены лишь тенденции современной грузинской науки.
3. Муханов В.М. Грузинская Демократическая республика: от первых дней независимости до советизации. М., 2018. Некоторые части работы выходили ранее отдельным изданием: Муханов В.М. Кавказ в революционную пору… К истории Закавказья в 1917 – первой половине 1918 г. М., 2017; Муханов В.М. Кавказ в переломную эпоху (1917–1921). М., 2019.
4 Монография состоит из пяти равноценных частей, в которых освещены особенности обретения Грузией независимости, её внутри- и внешнеполитическое положение, а также специфика происходившей в ней советизации.
5 В первой части («На пути к независимости») охарактеризованы события, происходившие в Грузии в 1917 – начале 1918 г., а также попытки создания единого государственного образования в Закавказье. Особый Закавказский Комитет, являвшийся органом Временного правительства в крае, сменил Закавказский комиссариат, а спустя два месяца была провозглашена Закавказская Демократическая Федеративная Республика. При этом политические элиты Грузии, Азербайджана и Армении не обладали реальной силой для объединения и не смогли выработать программу, отвечавшую коллективным интересам. Более того, стоявшие перед ними очень разные социальные, экономические и национальные проблемы не имели единого решения в рамках общего государства: Азербайджану остро не хватало администраторов, способных выстроить эффективную систему управления, Армения испытывала трудности со снабжением продовольствием, а над меньшевистской Грузией нависала большевистская угроза. К тому же политические лидеры этих регионов пользовались популярностью далеко не у всего населения. Сказывались и религиозные различия, рано или поздно они должны были привести к росту напряжённости. Все эти факторы не позволили закавказской федерации просуществовать больше месяца. В авангарде же образования независимых государств оказались именно представители Грузии. Как отмечает Муханов, «несмотря на яркие и запоминающиеся декларации о поддержке единого Закавказья и необходимости его защиты до последней капли крови, грузинская политическая элита почти за месяц до объявления независимости, то есть фактически сразу после создания Закавказской Федеративной Республики, начала активно обсуждать собственные конституцию и республику и заниматься их созданием» (с. 84).
6 Вторая часть монографии («Время независимости: иллюзия свободы… Внутриполитическое положение Грузии») передаёт пёструю картину жизни страны, которая всё-таки добилась суверенитета. Её нельзя назвать светлой и радостной, поскольку экономика находилась в упадке с начала Первой мировой войны: сократились посевные площади и обороты внешней торговли, шедшей через Поти и Батум, интервенты занимались вывозом продукции горнорудной промышленности, табака, чая. «Англичане достаточно быстро взяли под контроль Грузию, – пишет Муханов, – где первоочередной целью их внимания стал Батум как конечная точка нефтепровода из Баку. Портовый город очутился под британским управлением, фактически диктатом» (с. 145).
7 Немецкая, турецкая и британская оккупация отнюдь не способствовали налаживанию внутренней жизни страны. Заняв наиболее важные стратегические объекты, оккупационные войска распоряжались в ней по своему усмотрению и пользовались бессилием республиканских властей. Немцы разоружали население, совершали карательные экспедиции, взяли под контроль порт в Поти. По словам Муханова, «несмотря на массовое недовольство сельского населения немецкими отрядами, грузинское правительство безропотно наблюдало за передвижениями воинских команд по территории республики» (с. 115). Наиболее жёстко вели себя турки, устраивавшие в Батуме (как и в других частях Кавказа) показательные экзекуции на площади и грабившие местных жителей. Кризис в промышленности и сельском хозяйстве, а также массовое уклонение от уплаты налогов привели к тому, что дефицит бюджета Грузинской Демократической Республики в 1919–1920 гг. составлял 79% (с. 165).
8 Одновременно, как ни странно, расцветала культура: начал работу Тифлисский университет, у истоков которого стоял И.А. Джавахишвили, правительство открыло Национальную художественную галерею. На улицах Тифлиса тогда можно было встретить И.Г. Эренбурга и О.Э. Мандельштама, М.А. Ковалёва (Рюрика Ивнева) и С.М. Городецкого, С.Ю. Судейкина и Е.Е. Лансере. На театральных подмостках играли В.И. Качалов и О.Л. Книппер-Чехова. Как полагает автор монографии, «в основном успехи и позитивное развитие было достигнуто за счёт сочетания трёх ключевых факторов: богатого имперского наследия, значительных личных усилий деятелей культуры и науки и большой русской творческой волны, накрывшей Тифлис в период Гражданской войны в России» (с. 229).
9 Третья часть работы («На дальних берегах… Внешняя политика Грузинской Республики») раскрывает взаимоотношения Грузии с европейскими странами и Турцией. Все возникавшие в это время на Кавказе правительства, не жалея сил, старались добиться международного признания. На Парижской мирной конференции их делегации «фактически топили друг друга и собственную мечту на скорое признание со стороны ведущих мировых игроков». Однако противоречия, связанные с установлением границ между новыми государствами, интересы великих держав в регионе, а также поддержка Антантой Белого движения с его лозунгом единой и неделимой России обрекали закавказских дипломатов на провал. И лишь в начале 1920 г., когда войска А.И. Деникина были окончательно разгромлены, Антанта признала Грузинскую Демократическую Республику.
10 Четвёртая часть («Время независимости: удавка национализма… Грузия и её ближайшие соседи») рассказывает о взаимоотношениях республики с Арменией и Азербайджаном, а также Южной Осетией и Абхазией (входившими ранее в состав Тифлисской и Кутаисской губерний), государственными образованиями Северного Кавказа и белыми генералами. Автор подробно излагает историю провозглашения автономии Абхазии в марте 1919 г., прослеживает попытки конституционного оформления, которое постоянно откладывалось и затягивалось. В конституции же Грузинской Демократической Республики «Сухумская область» упоминалась лишь наряду и наравне с другими окраинами. Противостояние сохранялось вплоть до марта 1921 г., когда в Абхазии утвердилась советская власть, после чего абхазы приняли самое деятельное участие в советизации Грузии.
11 Муханов, по сути, впервые в отечественной историографии уделяет внимание тому, как летом 1918 г. грузинские войска, решив присоединить полосу черноморского побережья, захватили Сочи, что вызвало прямой конфликт не только с горцами и представителями Кубано-Черноморской советской республики, но и с Добровольческой армией. Военные столкновения завершились вытеснением грузин из района Сочи и решением Деникина ввести экономическую блокаду Грузии (с. 521–536). Впрочем, уже «в 1920 г. началась своеобразная дружба» между белыми и Тифлисом «против большевиков, при содействии англичан, точнее говоря, их настойчивом подталкивании одной стороны к другой». В итоге Главнокомандующий Вооружёнными силами Юга России, «фактически уже находясь на полпути к собственному краху, и вынужден был признать Грузию в качестве равноправной стороны, что и произошло в начале 1920 г.» (с. 551).
12 Завершает работу пятая часть, посвящённая советизации Грузии и Закавказья в целом. Автор скрупулёзно описывает установление советской власти в Азербайджане и Армении, анализирует предпосылки заключения Московского договора 1920 г., гарантировавшего Грузии фактическую независимость, но очень скоро обернувшегося «ни к чему не обязывающей бумажкой» (с. 620). Стремительное наступление 11-й армии РККА похоронило мечты о суверенитете, теплившиеся в сердцах грузинских интеллектуалов. Осип Мандельштам, побывавший в те дни в Батуме, впоследствии вспоминал: «Маленькое “независимое” государство, выросшее на чужой крови, хотело быть бескровным. Оно надеялось чистеньким и благополучным войти в историю, сжатое грозными силами, стать чем-то вроде новой Швейцарии, нейтральным и от рождения “невинным” клочком земли»4. Вероятно, отцы-основатели закавказской республики руководствовались наилучшими для своей страны намерениями, однако в результате они проиграли большевикам. 18 марта 1921 г. грузинское правительство на пароходе отправилось из Батума в Константинополь, чем и закончилась почти трёхлетняя история независимой Грузии.
4. Мандельштам О.Э. Меньшевики в Грузии // Мандельштам О.Э. Собрание сочинений в 4 т. Т. 2. М., 1993. С. 319.
13 По не совсем понятной причине автор монографии существенно сократил её научно-справочный аппарат, что заметно обеднило работу. Но это с лихвой компенсируется документальным приложением, занимающим 250 страниц. Пожалуй, оно могло бы составить отдельную книгу. В него включены 162 текста, среди которых и материалы из фондов ГА РФ и РГАСПИ, впервые введённые в научный оборот, и уже публиковавшиеся, но исключительно важные для понимания темы источники (например, фрагмент из вышедших в Париже в 1985 г. воспоминаний командовавшего грузинскими войсками генерал-майора Г.И. Квинитадзе).
14 Книга В.М. Муханова – редкий пример вдумчивого, неспешного и детального разговора о сложной исторической проблеме. В России издания такого уровня, посвящённые истории Кавказа – большая редкость. Поэтому хочется надеяться, что продолжением работ автора по истории Азербайджана5 и Грузии станет труд о Демократической Республике Армении.
5. Волхонский М.А., Муханов В.М. По следам Азербайджанской Демократической Республики. М., 2007.

References

1. Bilatti B. Kavkaza v bor'be za nezavisimost' (doklad, chitannyj v Varshave na torzhestvennom sobranii v pamyat' 20-letiya provozglasheniya nezavisimosti kavkazskikh respublik) // Prizyv (Varshava). 1938. № 1–2. S. 18.

2. Volkhonskij M.A., Mukhanov V.M. Po sledam Azerbajdzhanskoj Demokraticheskoj Respubliki. M., 2007.

3. Mandel'shtam O.Eh. Men'sheviki v Gruzii // Mandel'shtam O.Eh. Sobranie sochinenij v 4 t. T. 2. M., 1993. S. 319.

4. Mukhanov V.M. Gruzinskaya Demokraticheskaya respublika: ot pervykh dnej nezavisimosti do sovetizatsii. M., 2018.

5. Mukhanov V.M. Kavkaz v perelomnuyu ehpokhu (1917–1921). M., 2019.

6. Mukhanov V.M. Kavkaz v revolyutsionnuyu poru… K istorii Zakavkaz'ya v 1917 – pervoj polovine 1918 g. M., 2017.

7. Khachapuridze G.V. Bor'ba gruzinskogo naroda za ustanovlenie Sovetskoj vlasti. M., 1956. S. 120, 127.