The Life Path of Metropolitan Benjamin (Fedchenkov) in Contemporary Latvian Studies
Table of contents
Share
QR
Metrics
The Life Path of Metropolitan Benjamin (Fedchenkov) in Contemporary Latvian Studies
Annotation
PII
S086956870016616-8-1
Publication type
Review
Source material for review
Евфросиния (Седова), инокиня. Служение митрополита Вениамина (Федченкова) на Рижской кафедре (1948–1951 годы). Daugavpils: Daugavpils Universitates Akademiskaisapgards «Saule», 2016. 320 с. (I); Седова Г.В. (Евфросиния, инокиня). Рижская епархия 1944–1964. Из истории православия. Daugavpils: Daugavpils Universitates Akademiskaisapgards «Saule», 2020. 384 с. (II).
Status
Published
Authors
Ivan Petrov 
Affiliation: Saint Petersburg State University
Address: Russian Federation, Saint Petersburg
Edition
Pages
235-240
Abstract

         

Acknowledgment
Материал подготовлен при поддержке гранта президента РФ для молодых кандидатов наук, проект № МК-4539.2021.2 «Попытки отделения православных приходов Беларуси, Латвии и Эстонии от Русской Православной Церкви в 1941–1991 гг.».
Received
13.07.2021
Date of publication
19.10.2021
Number of purchasers
7
Views
941
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

1 За последние 30 лет в каждой из трёх балтийских республик появилась своя традиция рассмотрения истории православной Церкви в ХХ в. В Литве наибольшее внимание ей уделила Р. Лаукайтите, скептически характеризующая взаимоотношения Московской патриархии с богоборческой властью в СССР1. В Эстонии наиболее острой проблемой оказалась каноничность перехода местных православных приходов в 1923 г. в юрисдикцию Константинопольского патриархата. При этом мнения исследователей предсказуемо разделились2. В Латвии учёные освещали прежде всего деятельность клириков Прибалтийского экзархата и «Православной миссии в освобождённых областях России» в годы Великой Отечественной войны и нацистской оккупации. К этой теме не раз обращались и российские, и латвийские специалисты3.
1. Лаукайтите Р. Вопрос об автокефалии православной церкви в Литве в 1918–1940 годах // Церковь в истории России. Вып. 5. M., 2003. C. 362–373; Лаукайтите Р. Литовская православная епархия под властью митрополита Сергия (Воскресенского) 1941–1944 // Православие Балтии. 2015. № 3(12). С. 97–109; Лаукайтите Р. Православные монастыри в Литве: советский период истории // Православие в Балтии. 2016. № 6(15). С. 77–93; Лаукайтите Р. Репрессии против духовенства Литовской епархии в период сталинизма // Православие в Балтии. 2018. № 8(17). С. 149–162; Лаукайтите Р. Cоциальные аспекты репрессий: переход на нелегальное положение в Литве в 1944–1953 гг. // История сталинизма: жизнь в терроре. Социальные аспекты репрессий. Материалы международной научной конференции, Санкт-Петербург, 18–20 октября 2012 г., М., 2013. С. 393–401; Лаукайтите Р. Эпилог Российской империи в Литве: русские эмигранты в 1918–1940 гг. // Балтийский архив. Русская культура в Прибалтике. Т. XII. Таллин, 2012. С. 8–21.

2. Григорий (Папатомас), архим. Несчастье быть маленькою церковью в маленькой стране. Богословская правда о Православной Церкви Эстонии. Таллинн, 2007; Прекуп И., свящ. Православие в Эстонии. Краткий исторический очерк. Таллин, 1998; Балашов Н., прот., Прекуп И., прот. История эстонского православия и попытка ее недобросовестной ревизии: О книге архимандрита Григория Папатомаса «Несчастье быть маленькой Церковью в маленькой стране» // Вестник церковной истории. 2011. № 1/2 (21/22). С. 251–310; Прекуп И., прот., Балашов Н., прот. Проблемы православия в Эстонии. О книге архимандрита Григория Папатомаса «Несчастье быть маленькой церковью в маленькой стране». Таллин, 2013.

3. Голиков А., свящ., Фомин С. Кровью убеленные. Мученики и исповедники Северо-Запада России и Прибалтики (1940–1955). М., 1999; Гаврилин А.В. Уголовные дела православных священников как источники изучения сталинских репрессий на территории Латвии // Церковь и время. 2010. № 52(3). С. 193–218; Гаврилин А.В. Под покровом Тихвинской иконы. Архипастырский путь Иоанна (Гарклавса). СПб.; Тихвин, 2009; Гаврилин А.В. Латвийские священнослужители на Американском континенте. М., 2013.
2 Вместе с тем в последние годы заметно возрос интерес к личности митрополита Вениамина (Федченкова), эволюционировавшего от ярого сторонника Белого движения до советского патриота, вернувшегося из эмиграции. В частности, ему посвящены две научные монографии инокини Евфросинии (Седовой). Галина Вадимовна Седова – многолетний редактор газеты Латвийской Православной Церкви «Виноградная лоза» и серьёзный учёный, недавно защитившая в университете Даугавпилса докторскую диссертацию и неоднократно выступавшая на научных конференциях в Латвии, России, Бельгии и т.д., феномен в современной церковной историографии. В своих работах, хотя и написанных в «житийном» стиле, она опирается на документы из латвийских архивов и свидетельства очевидцев.
3 Примечательно, что её монография «Служение митрополита Вениамина (Федченкова) на Рижской кафедре (1948–1951 годы)» на две трети состоит из публикации тщательно откомментированных источников, наилучшим образом передающих атмосферу изучаемого времени. В первых главах данного исследования читатель знакомится со сложным положением православного духовенства и верующих в одной из беднейших епархий Русской Православной Церкви (I; с. 41). До владыки Вениамина ею временно управлял архиепископ Виленский и Литовский Корнилий (Попов), в прошлом – виднейший представитель обновленческого движения. Разумеется, влиятельный архиерей, проведший много лет в эмиграции, выстраивал взаимодействие с местным духовенством иначе, чем его предшественник. По словам автора, он «с особым вниманием относился к клирикам» и заботился о них «по-отечески» (I; с. 41). Возникавшие же конфликты между священнослужителями и новым митрополитом в книге объясняются слишком большой автономией епархиального совета в 1945–1947 гг. (I; с. 43–45) и даже саботажем. Так, фактически руководивший епархией протоиерей Николай Смирнов отказывался менять манеру своего общения с правящим архиереем, а при осложнении ситуации пользовался своими хорошими связями с уполномоченным (I; с. 45). Целая глава посвящена докладу митрополита Вениамина патриарху Алексию I о положении православия в Латвийской ССР и неправильном порядке контактов между епископом и представителями власти в условиях советской атеистической системы (I; с. 46–61). В панегирическом ключе изображаются исследовательницей визиты митрополита Вениамина по вверенным ему приходам (I; с. 64), а также празднование столетнего юбилея епархии и приуроченный к нему съезд благочинных в середине июля 1950 г. (I; с. 74–84).
4 Всё, что могло бы омрачить благостную картину деятельности митрополита Вениамина в Латвии, упоминается вскользь или нейтрально. Так, о славословии главы Рижской епархии в адрес Иосифа Сталина сказано: «Среди исследователей есть мнение, что владыка подобострастно относился к советской власти и к И.В. Сталину, полагаю, данное мнение предвзятое, так как архиепископ с искренним уважением относился вообще к власти, и в частности, к руководителю советского государства, и этого не скрывал» (I; с. 64–65). Далее на основе писем и воспоминаний пространно характеризуется описание его отношения к существовавшим в СССР порядкам, при этом слова архиерея, участвовавшего в просталинской пропаганде в США в годы войны, но не видевшего большевистских репрессий 1920–1930-х гг. или же «первого советского года» в Прибалтике, почему-то сравниваются с записями в дневнике высланной в Уфу латвийской школьницы (I; с. 65–66). Кстати, иерарх Церкви действительно заявлял о поддержке любой власти и столь же рьяно служил режиму барона П.Н. Врангеля в Крыму, где призывал расправиться с большевистской диктатурой4. Мастер интриги, некогда стоявший во главе военного духовенства Белого Крыма, теперь с большим удовольствием печатал здравицы в честь Сталина на страницах своего бюллетеня «Вести»5. Впрочем, по мнению исследовательницы, он искренне верил в преображение советской власти (I; с. 71).
4. Пученков А.С., Калиновский В.В. Духовный форпост России. Православное духовенство Крыма в 1914–1920 гг. СПб., 2020. С. 353.

5. Петров И.В. Православная Балтия 1939–1953 годов. Период войн, репрессий и межнациональных противоречий. СПб., 2016. С. 339.
5 Освещая перевод митрополита из Латвии в Ростов, автор подробно освещает его несбывшиеся планы создать скит в Дубултах, разногласия, возникшие у него с уполномоченным по делам Русской Православной Церкви по Латвийской ССР А.А. Сахаровым, и общее разочарование архиерея, вызванное положением дел в епархии. Из книги видно, что, несмотря на свой советский патриотизм, он напрасно надеялся на «взаимное понимание и сотрудничество» с атеистическими властями (I; с. 103). К тому же, «владыка допускал промахи как администратор и относился слишком идеалистически к некоторым вопросам. Хорошо известно, что его мягкость и сердечность расценивались как наивность, но ведь праведные люди нередко бывают наивными. Правда, совсем не наивным человеком считали правящего архиерея уполномоченные» (I; с. 104). Это довольно спорно, поскольку, к примеру, митрополит Ленинградский и Новгородский Григорий (Чуков) или же архиепископ Симферопольский и Крымский Лука (Войно-Ясенецкий), прошедшие через репрессии, гораздо жёстче отстаивали церковные интересы. Но митрополит Вениамин вернулся в СССР, не зная того государства, которому предоставил свои услуги в тяжёлый военный период. Приехав, он обнаружил далёкую от своих представлений картину «Святой Руси, обрамлённой красной звездой». Тот стиль управления епархией и общения с властью, который подходил для российских антибольшевистских властей, не устраивал руководство сталинского СССР. Вместе с тем владыка не обличал развернувшиеся гонения с той энергией, какой отличалась ранее его борьба с нацизмом. Отдельные же «печалования» не были услышаны советскими органами. По сути, митрополит стал «безмолвным свидетелем» происходившего. желая изменений, он никогда не пересекал опасной черты. Его возвращение лишь подтвердило невозможность примирения белого и красного даже в случае отказа от идеалов Гражданской войны.
6 Основу второй монографии Г.В. Седовой «Рижская епархия 1944–1964. Из истории православия» составили материалы РГАСПИ, ГА РФ и Национального архива Латвии (фонды Президиума Верховного совета и Совета министров Латвийской ССР, уполномоченного Совета по делам религиозных культов при Совете министров СССР по Латвийской ССР, министерства юстиции, общества латвийско-зарубежных связей и дружбы и др.). Исследовательница более подробно изучила следственные дела православных клириков, репрессированных как в «первый советский год», так и в послевоенный период, работала с делами депортированных из Латвии 14 июня 1941 г. и 25 марта 1949 г. (ф. 1894 и 1987), анализировала данные, связанные с биографиями уполномоченных Н.П. Смирнова и А.А. Сахарова, извлекая их из фонда личных дел номенклатурных работников ЦК КП Латвии. Хорошо известна Седовой российская, латвийская и немецкая историография, причём как церковная, так и светская. Собранные же ею интервью с очевидцами событий тех лет придают работе уникальность, поскольку круг свидетелей быстро сужается. Удивительно, но несмотря на близость к священноначалию, автор не ссылается на источники из архива Латвийской Православной Церкви. Видимо, он до сих пор закрыт, хотя епархиальные хранилища всё чаще открываются даже для светских исследователей.
7 Книга включает три главы: в первой рассматриваются государственно-церковные отношения в советской Латвии в 1944–1964 гг., во второй характеризуется жизнь епархии, а третья посвящена особенностям «форм и проявления репрессий в период советизации». Подобная структура логична и позволяет всесторонне осветить тему.
8 Весьма ценной является информация о латвийских уполномоченных и депортациях 1941 и 1949–1950-х гг. При этом Седова различает подходы к работе «горячего партийца» Н.П. Смирнова и представителя советских органов государственной безопасности А.А. Сахарова, которому явно отдаёт предпочтение, хотя оба они многое сделали для дискредитации и ослабления Церкви. Более того, именно Сахаров сыграл роковую роль в судьбе некоторых псковских миссионеров и других представителей «православной Латвии». Но, как отмечает исследовательница, он привёл «канцелярию в порядок», изучил положение православной Церкви и был более независим в отношениях с партийно-государственным аппаратом Латвии, чем его предшественник (II; с. 60–64). Первоначально он даже смог «обаять» митрополита Вениамина (Федченкова) (II; с. 63). На рубеже 1950–1960-х гг., в период «хрущёвских гонений», Сахаров «со знанием дела решал вопросы контроля над выполнением советского законодательства о культах» (II; с. 68). Так, в монографии со ссылкой на латвийскую прессу (но без указания конкретных материалов) говорится о его причастности к закрытию православных храмов в республике (II; с. 60). Будучи, по словам Евфросинии (Седовой), «исполнительным функционером и незаменимым работником» (II; с. 71), Сахаров проработал уполномоченным вплоть до 1980-х гг. И в старости он отказывался давать интервью журналистам и историкам, однако после смерти его отпевали по православному обряду (II; с. 60–61). Удивительно, но кажется, что, помимо митрополита Вениамина, именно чекист Сахаров предстаёт в изображении инокини Евфросинии одним из главных положительных героев.
9 О большинстве архиереев, служивших в Риге, упоминается только в восторженном ключе. Исключение составляет лишь одиозный Филарет (Денисенко), о котором мимоходом сказано: «Непродолжительное время управлял епархией епископ Лужский Филарет (Денисенко) – с 4 февраля по 27 августа 1962 года. Но в связи с краткостью его пребывания на кафедре в памяти духовенства осталось то, что архипастырь изучал иностранные языки, а в дальнейшем был направлен на одну из кафедр Западной Европы» (II; с. 131).
10 Раскрывая отношение латвийского общества к противостоянию Советского союза и нацистской Германии, Седова усматривает в нём некие параллели со спорами «пораженцев» и «оборонцев» в годы Первой мировой войны (II; с. 226). Тем самым она, по сути, уравнивает выражение патриотических чувств к империи, защищавшей интересы Церкви, и к главному на тот момент атеистическому государству в мире (тем более в советизированной в 1940–1941 гг. Прибалтике). В параграфе «Проявление коллаборационизма в среде духовенства» (II; с. 254–265) прослеживаются обстоятельства нацистской оккупации и контакты православного духовенства с немцами. Так, ярким примером коллаборациониста являлся священник Димитрий Околович, который с воодушевлением приветствовал вермахт, радуясь в середине июля 1941 г. тому, что пришёл конец «врагам латышского народа» и православные не остались «во власти красного дракона»6. Впоследствии, столкнувшись с реалиями «оттепели», он вынужден был снять сан. подробное описание газетной кампании, предпринятой тогда против таких пастырей, как Иаков Легкий и Димитрий Околович, несомненно, стало авторской находкой.
6. LNA, f. 1986, apr. 1, l.40001, l. 84.
11 Не менее ценны и собранные в монографии сведения о закрытии православных храмов в Латвийской ССР (отдельно по Курземе, Видземе, Земгале и Латгале, Риге и её окрестностям). Проведённые Евфросинией (Седовой) подсчёты настолько точны и скрупулёзны, что фактически создают исчерпывающую картину данного процесса. Столь же тщательно показана монастырская жизнь в Латвии в 1940–1960-х гг., и прежде всего – деятельность игумений Тавифы (Дмитрук) и Магдалины (Крисько). Гораздо более осторожно описаны аресты клириков и депортации мирян, в том числе в 1944–1953 гг. (II; с. 205–227). Вписывая их в общий контекст репрессий послевоенных лет, исследовательница по каждому пострадавшему священнику даёт ссылки на дела из Национального архива, пишет о пытках и выдавливании показаний из обвиняемых. При этом она констатирует: «Основным источником в изучении темы репрессий против клириков и мирян Рижской епархии остаются судебно-следственные дела архива КГБ Латвийской ССР. Архивные материалы из данных источников носят субъективный характер, в них много противоречий и открытой фальсификации. Изучение их требует тщательного отбора и критического анализа» (II; с. 227).
12 Нельзя не признать, что исследования инокини Евфросинии (Седовой) внесли значительный вклад в изучение истории православной Церкви в Латвии и заметно расширили её источниковую базу. Важно, чтобы они дошли до российского читателя, интересующегося периодом гонений.

References

1. Balashov N., prot., Prekup I., prot. Istoriya ehstonskogo pravoslaviya i popytka ee nedobrosovestnoj revizii: O knige arkhimandrita Grigoriya Papatomasa «Neschast'e byt' malen'koj Tserkov'yu v malen'koj strane» // Vestnik tserkovnoj istorii. 2011. № 1/2 (21/22). S. 251–310.

2. Gavrilin A.V. Pod pokrovom Tikhvinskoj ikony. Arkhipastyrskij put' Ioanna (Garklavsa). Spb.; Tikhvin, 2009.

3. Gavrilin A.V. Ugolovnye dela pravoslavnykh svyaschennikov kak istochniki izucheniya stalinskikh repressij na territorii Latvii // Tserkov' i vremya. 2010. № 52(3). S. 193–218.

4. Gavrilin A.V. Latvijskie svyaschennosluzhiteli na Amerikanskom kontinente. M., 2013.

5. Golikov A., svyasch., Fomin S. Krov'yu ubelennye. Mucheniki i ispovedniki Severo-Zapada Rossii i Pribaltiki (1940–1955). M., 1999.

6. Grigorij (Papatomas), arkhim. Neschast'e byt' malen'koyu tserkov'yu v malen'koj strane. Bogoslovskaya pravda o Pravoslavnoj Tserkvi Ehstonii. Tallinn, 2007.

7. Laukajtite R. Vopros ob avtokefalii pravoslavnoj tserkvi v Litve v 1918–1940 godakh // Tserkov' v istorii Rossii. Vyp. 5. M., 2003. C. 362–373.

8. Laukajtite R. Litovskaya pravoslavnaya eparkhiya pod vlast'yu mitropolita Sergiya (Voskresenskogo) 1941–1944 // Pravoslavie Baltii. 2015. № 3(12). S. 97–109.

9. Laukajtite R. Pravoslavnye monastyri v Litve: sovetskij period istorii // Pravoslavie v Baltii. 2016. № 6(15). S. 77–93.

10. Laukajtite R. Repressii protiv dukhovenstva Litovskoj eparkhii v period stalinizma // Pravoslavie v Baltii. 2018. № 8(17). S. 149–162.

11. Laukajtite R. Ehpilog Rossijskoj imperii v Litve: russkie ehmigranty v 1918–1940 gg. // Baltijskij arkhiv. Russkaya kul'tura v Pribaltike. T. XII. Tallin, 2012. S. 8–21.

12. Laukajtite R. Cotsial'nye aspekty repressij: perekhod na nelegal'noe polozhenie v Litve v 1944–1953 gg. // Istoriya stalinizma: zhizn' v terrore. Sotsial'nye aspekty repressij. Materialy mezhdunarodnoj nauchnoj konferentsii, Sankt-Peterburg, 18–20 oktyabrya 2012 g., M., 2013. S. 393–401.

13. Petrov I.V. Pravoslavnaya Baltiya 1939–1953 godov. Period vojn, repressij i mezhnatsional'nykh protivorechij. Spb., 2016. S. 339.

14. Prekup I., prot., Balashov N., prot. Problemy pravoslaviya v Ehstonii. O knige arkhimandrita Grigoriya Papatomasa «Neschast'e byt' malen'koj tserkov'yu v malen'koj strane». Tallin, 2013.

15. Prekup I., svyasch. Pravoslavie v Ehstonii. Kratkij istoricheskij ocherk. Tallin, 1998.

16. Puchenkov A.S., Kalinovskij V.V. Dukhovnyj forpost Rossii. Pravoslavnoe dukhovenstvo Kryma v 1914–1920 gg. Spb., 2020. S. 353.

Comments

No posts found

Write a review
Translate